Über Günther, den Allwissenden

M.: Hast du Muhammad gesehen?
L.: Er ist in Damaskus. Ich habe Günther gesehen.
M.: Igitt. Höre ich den Namen, juckt meine Haut am ganzen Körper.
L.: Ich teile deine Meinung. Die Rumänin Natasa hat viel über ihr Herkunftsland, die Republik Moldau, erfahren. Über die Kultur, über den Alltag. Über die Sitten, über die Bräuche, über die Traditionen. Er verstehe Rumänisch, hat er uns erzählt. Es sei dem Italienischen ähnlich. Und dem Russischen. Unser Russisch hat er womöglich wesentlich verbessert. Wir sind uns nicht ganz sicher. Wir haben fast nichts verstanden.
M.: Dein Russisch ist miserabel. Verstehst du Rumänisch?
L.: Natürlich nicht. Ich verstehe, wenn die Rumänen auf Russisch schimpfen.
M.: Du bist ja keine ausgebildete Sprachwissenschaftlerin. Dein Italienisch ist ausbaufähig.
L.: Ich arbeite hart daran. Hast du Nathaniel absichtlich weggeschickt?
M.: Die Blöße gäbe ich mir nie. Ein Kunde hat ausdrücklich nach ihm verlangt. Warst du im Büro? Ich habe dich nicht wiehern gehört.
L.: Witzig. Ich war im Büro. Ich habe mich vor Markus versteckt. Ich müsste den Kassenbericht abgeben. Er nervt.
M.: Bitte nicht gleichzeitig gähnen und reden. Ist dir klar, dass ich dein Boss bin?
L.: Du bist nicht mein Boss. Nicht seitdem du mich feige an Markus weitergereicht hast.
M.: Du wolltest eine deutsche Diaspora gründen. Du hast genervt. Wer hat dich gefahren?
L.: Yusuf. Günther hat ihn sofort auf die Missstände in der israelischen Gesellschaft aufmerksam gemacht. Auf Rassismus, Ausgrenzung, Polizeigewalt. Yusuf hat die Verantwortung für die äthiopische Community nicht übernommen.
M.: Wie blamabel. Yusuf stammt aus London.
L.: What’s your point? Als äthiopischer Jude soll er sich gefälligst seiner Verantwortung vor Günther bewusstwerden.
M.: Es fehlt ihm an sozialem Bewusstsein. Ich nehme ihm gerne diese Bürde ab.
L.: Nein! Ich erinnere mich lebhaft an eure letzte Diskussion. Ich bin froh, dass ich das Blutbad verhindert habe. Du gehörst zu deinen Kindern, nicht ins Gefängnis wegen Mord und Totschlag. Richard hat er auch nicht gefallen. Die Diskussion über die Missstände bei der Bundeswehr hat leider nicht stattgefunden.
M.: Zu Günters Glück. Warum zieht dein Bruder mit der Familie nicht nach Edinburgh? Das war eine schöne Woche. Du hast mich nicht verflucht. Du hast mich nicht geschlagen. Du hast mich nicht zurückgewiesen. Ich habe nicht um Sex gebettelt. Ich habe nicht um Nahrung gebettelt. Du warst zahm. Und fügsam. Und gesittet.
L.: Klappe!
M.: Eben.
L.: Du brauchst nicht zu seufzen. Saida war übrigens da.
M.: Übrigens? Freue ich mich darüber? Bin ich entzückt? Sexuell erregt? Ist das die Alte mit gelben Haaren, die sich beim Tanzen an den Zwanzigjährigen reibt, die Augen verdreht und grenzdebil blökt: „Ich glaube, ich bin schwanger.“?
L.: Du bist unmöglich.
M.: Du lamentierst, ich müsse mich bessern und toleranter werden. Ernte die Früchte deiner Bemühungen. Ich käme mit zwei Wörtern aus. Die Afghanin?
L.: Oi.
M.: Es hat sich ausgeoit. Was ich dich fragen wollte: Wie sieht’s nun bei Muhammad aus? Will er uns den Transformer abnehmen? Ich schenke ihm alles: Transformerfutter, Transformerklo, Transformerspielzeug, Transformerkörbchen, Transformerhäuschen, Transformerstreu.
L.: Ist der Karakal jetzt ein Transformer?
M.: Hast du ihn schnurren gehört? Er plant bestimmt etwas gegen uns. Woran habe ich gedacht, als ich ihn vorm Tor aufgesammelt habe?
L.: Ans Bumsen?
M.: Lustig. Wahrscheinlich. Ich bin verstimmt. Steh auf, geh in die Küche. Aua! Echt. Kann ich dich noch umtauschen? Aua. Oi.

Ich bin demütig. Ich übe mich in Geduld. Ich übe mich in Nächstenliebe. Ich liebe ihn so, wie er ist. Ich liebe ihn so, wie er ist. Ich liebe ihn… Ob ich in einem Kloster Ruhe fände? In einem Männerkloster?

Werbeanzeigen

Mäusejagd

Der Karakal jagt kleine Mäuse: mich und meinen Mann. Ich habe bereits mehrere Herzattacken erlitten. Mein Mann ist dreimal gestolpert. Der Mann wiegt 100 kg. Der Karakal wiegt 1000 gr.

0:3

* * *
Karakal und Chupacabra erholen sich

Die netten Nachbarn von nebenan


M.: Das ist doch kein Kater. Das ist ein Flughörnchen.
L.: Vor ein paar Tagen hast du behauptet, er sei ein Karakal.
M.: Hast du ihn springen gesehen?
L.: Hast du Fräulein Fettel fliegen gesehen?
M.: Sie ist keine Katze. Sie ist ein Chupacabra im Katzenfell.

Unsere Haustiere: Karakal und Chupacabra. Seit Stunden schon auf den Beinen. Der Karakal hat eine Nachtlampe von der Fensterbank geschmissen. Dann meinem Mann die Eier gezeigt, damit er sich wieder besser fühlt. Was hat er sich gefreut. Noch im Schlaf, so kurz vorm Aufwachen.

M.: Ich fühle mich sexuell belästigt. Und verstört. Und traumatisiert. So kann es nicht weiter gehen, Linda. Lass uns ihn aussetzen. Wir bringen ihn zum Tierheim. Ich werfe eine Salami hoch. Er klettert einfach über den Zaun. Wie niedrig ist der Zaun? Zwei, drei Meter? Das schafft er locker. Und wir rennen weg.
L.: Das Tor wird videoüberwacht. Sie kennen uns.
M.: Wir besorgen uns Masken. Wir verkleiden uns. Nudisten mit Sombreros? Perverse in Latexanzügen mit Knebeln. Warum lachst du?
L.: Ich habe es mir bildlich vorgestellt. Ich werde gleich weinen.

Also: Schaltet den Fernseher an. Lokale Nachrichten.

Kurz

Die Woche ist kurz ausgefallen.

Der Montag war schön. Der Dienstag war schön. Es bricht dir als Mutter oder Vater das Herz, wenn du mit fünf verheulten Kindern skypst, die gemeinsam als eine einzige Stimme schluchzen: „Neve ist tot.“ Die Nacht zum Mittwoch war lang. Wir sind wieder zu Hause.

Es wird alles gut. Es gibt nichts, was wir nicht überwinden können, solange wir zusammen sind, solange wir uns haben.

* * *
L.: Mischa, du bist einzigartig. Ist dir das klar? Vor einem Jahr hast du die kürzeste Geschäftsreise ever unternommen, jetzt den kürzesten Urlaub ever gehabt.
M.: Meinst du die Geschäftsreise, bei der ich in Singapur landete und Joel sah, der auf mich zuging und sagte: „Deine Familie ist am Leben. Mach dir keine Sorgen. Deine Kinder sind bei deinen Eltern. Deine Frau ist auf der Feuerwehrwache.“? Diese Geschäftsreise? Das ist nicht witzig. Immer noch nicht. Ich missbillige diesen Galgenhumor.

Irgendwie ist es doch witzig. Auf eine ganz makabre Art und Weise.

Luciens Papa

Wir haben einen Besuch von einem charismatischen Nachbarn bekommen. Fräulein Fettel hat sofort eine unzufriedene Fresse gezogen. Meine Kleine wollte wissen, ob Fräulein Fettel Luciens Papa sei. Das würde ich Fräulein Fettel zutrauen.

* * *
Was war das für eine schöne Zeit, als ich ein halbes Jahr keine Nachrichten gelesen und nur für meinen Mann und dessen Kinder gelebt habe. Die Welt war fast in Ordnung, obwohl wir bei den Schwiegereltern gewohnt haben.

* * *
Übrigens sind wir Rabeneltern. Wir fliegen nach Florenz. Fräulein Fettel beaufsichtigt die Horrorbrigade. Sie wird unsere reinen, unschuldigen Engel doch nicht etwa indoktrinieren? Das traue ich ihr auch zu. Sie ist eine Funktionärin der SNP, plädiert für die Unabhängigkeit des Landes und kotzt mir aus Prinzip in die Schuhe.

Niamh

Wir haben uns mit dem Dieb von Niamh ausgetauscht. Sie hätten das Kätzchen genommen, weil ihre Katze gestorben sei. Ich hätte es ihnen durchgehen lassen. Michael nicht. Er wollte wissen, wo der Schluss sei. Bei den Hunden? Bei den Pferden? Gar bei einem Menschenleben?

Das Kätzchen dürfen sie behalten. Die Anzeige bleibt unverändert.

Lucien

Having fun. Making friends. Mein Mann hat die Nachbarn angezeigt. Lucien wurde daraufhin ausgesetzt und ist mit Donna wieder vereint.

Ja, Lucie sind die Eier gewachsen. Die Enttäuschung ist klein ;D Michael hat vorgeschlagen, ihn in Tutanchamun, Assurbanipal oder Nebukadnezar umzubenennen.

L.: Benenne du dich in Tutanchamun, Assurbanipal oder Nebukadnezar um.
M.: Das sind schöne Namen. Nicht jüdisch genug für meinen Geschmack.
L.: Nebukadnezar ist im Tanach erwähnt.
M.: Trotzdem war er ein babylonischer Tyrann, kein Judäer.
L.: Du glaubst an gar nichts, schon vergessen?
M.: Das ist eine Lüge. Ich glaube z.B. an deine
L.: Nein! Sprich das Wort nicht aus.
M.: Heuchlerin! Unterstelle mir nichts gefälligst.

Ich hoffe, der Winzling ist jetzt sicherer. Kreuzt die Finger.

* * *
Ich gebe zu, dass Michael am dritten Tag nach der Geburt behauptet hat, Lucie sei Lucien. Ich habe ihn ausgelacht. Dafür werde ich büßen.

M.: Das Kätzchen mit dem weißen Bauch ist übrigens männlich.
L.: Nein, das ist ein Weibchen.
M.: Nein, das ist ein Männchen. So etwas habe ich auch. Ich zeige es dir gerne.
L.: Ich verzichte. Ich habe schon alles gesehen. Du hattest mir sogar mal ein Bild geschickt, kurz bevor du um vier Uhr nachts zu Hause erschienst, nach Whisky und Zigarren riechend, mir zwischen die Beine fasstest und deinen Pokergewinn für Sex anbotst.
M.: Hm. Das Spiel war super. Was habe ich abkassiert. Du hast mich zum Teufel gejagt. Das war unhöflich. Das hat mich gekränkt. Hast du das Bild behalten?
L.: Natürlich. Ich lasse es mir im September tätowieren, gleich neben dem Löwen Judas.
M.: Ich fühle mich geehrt. Ich bin sprachlos.
L.: Aha. Scher dich doch zum Teufel.

Ich ziehe mich gleich aus und schlafe auf der Veranda. Süße Träume! Spannen ist erlaubt!

Ask, Seek, Knock

Man fragt mich: „Und? Wie war es? Der Brand? Die Zeit danach als obdachlos? Glaubst du immer noch an Gott?“ Ja, das tue ich. Das tue ich mit meinem ganzen Herzen!

7Ask, and it shall be given you; seek, and ye shall find; knock, and it shall be opened unto you: 8For every one that asketh receiveth; and he that seeketh findeth; and to him that knocketh it shall be opened.

Die letzte Woche war übel. Grausam für mich sowohl seelisch als auch persönlich. Ich wurde angefeindet. Ich wurde bedroht. Ich wurde verleumdet. Donna wurden ihre Kinder gestohlen.

Ich hadere mit meinem Gott. Doch gibt er mich nicht auf. Heute habe ich gestrahlt. In zwei Monaten, so hoffe ich, werde ich darüber berichten können.

Ein wenig Selbstkasteiung

Ich bin wütend und enttäuscht. Ich bade noch in Selbstmitleid. Ich bin fast fertig. Hoffentlich.

Warum? In zwei Monaten hätte ich die Kätzchen verschenkt. Mit blutendem Herzen. Aber ich hätte sie verschenkt. Warum die Kätzchen traumatisieren? Warum die Mutter traumatisieren?

Wir wissen genau, wer das war. Unser Haus wird videoüberwacht.

Heute will ich die Welt wirklich nicht verbessern. Sie soll mir den Buckel runterrutschen.

* * *
Das ist Lucies erstes Bild.

Neve, dann Lucie


Donnas Kinder wurden heute von unserem Hof gestohlen. Donna jammert und ruft nach ihren Babys. Ich heule. Das ist das letzte Bild. Fünf Wochen sind sie alt.

1000 und 1 Grund, warum ich M.H. liebe

Ich hatte viel Zeit mit Tierbabys und Menschenkindern verbracht, bis ich Michaels Blick bemerkte. Was?!, wollte ich angriffslustig wissen. Nichts, entgegnete er versöhnlich, ich könnte heulen, wenn ich dich so gelöst und glücklich lachen sehe. Ich wünsche mir nichts sehnlicher.

Ich werde meinen Blog nicht in 1000 und 1 Grund, warum ich M.H. liebe umbenennen. Bestimmt nicht wegen einer karitativen Veranstaltung. Schönen Abend noch!

Ich krieche gleich unter seine Kuscheldecke und schmiege mich eng an ihn heran. Ich bin eine stolze florentinische Frau. Ich brauche weder Liebe noch Zuneigung, noch Herzlichkeit, noch Anerkennung. Schluss mit Kichern!

Niamh & Lucie

Neve (schwarz) hat heute eine feine Pastete von meinen Fingern gefressen. Zähne scharf wie kleine Nadeln. Lucie bedient sich erst an der Milchbar. Donna ist einfach geduldig und lässt sich von mir knuddeln.

Acht Monate

Wir sind umgezogen. Wir sind jetzt endlich zu Hause.

Vor acht Monaten ging unsere Welt unter/in Flammen auf. Gravierend. Radikal. Für immer. Nicht, weil wir es uns gewünscht hätten. Nein! Unser Nachbar hatte die Entscheidung für uns getroffen.

Er ist tot. Er ist unter der Erde. Wir leben mit den Konsequenzen seines Handelns weiter. UNSER LEBEN LANG. Mit der Angst vor der Angst, es könne sich wiederholen.

Ich möchte im Stande sein, einen Text über die letzten acht Monate zu formulieren – einfach, um damit abzuschließen. Es gelingt mir leider noch nicht. Ich bin erbost. Ich bin verzweifelt.

UPDATE

Zwei Namen. Für die Kätzchen. Süß. Die Mutti heißt Donna. Behauptet meine Große. Leider ist sie [fast] immer ehrlich. Der Vater meiner Kinder heißt immer noch Michael. Enttäuschend.

Nicht wirklich.

My New Queendome

Mein Mann ist Vater geworden. Am 28. Februar. Das Kind heißt Derek Caleb. Seine Augen sind so grün wie die seiner Mutter.

Ich bin Oma geworden. Am 16. Mai. Milis Adoptivkatze hat zwei Kätzchen zur Welt gebracht. Jetzt brauche ich drei Namen.

Your Majesty, welcome to your new queendome!, said Michael once we moved in. I like it here.

Für Kitty, Naida und Orion

Am 25.09. wurden wir morgens wegen Brand evakuiert: ich, meine Kleine und die Hunde. Kitty hat sich versteckt. Sie wurde gerettet. Ihr geht’s gut.

Hätten wir noch 5 Minuten geschlafen, so die Feuerwehr, hätten unsere Tiere nicht gemiaut, geheult, gejault und an der Schlafzimmertür gekratzt, wären wir nie mehr aufgewacht.

Der Mann im ersten Obergeschoss ist eines entsetzlichen Todes gestorben. Fast hätte er uns mitgenommen.

Jetzt sind wir obdachlos.

Das Glück

Warum denke ich bloß an Michael, immer wenn ich eine Kornblume sehe?

* * *
Ich bin die Verkörperung der Demut. Ich wohne seit einer Woche mit zwölf Kindern in meinem Kibbutz. Beat me!

Ich war nie glücklicher. Es gibt nichts Besseres. [Trotz der Proteste unserer Katzen.] Der Mann kommt auf dumme Gedanken und würde gerne die Kontrazeption absetzen. Ich verbarrikadiere mich in meinem Schlafzimmer. Wenn Du mich bumsen willst, mach’s einfach, weck mich nicht auf. Ich schlafe ein, kaum mein Kopf das Kissen berührt.

* * *
Am Wochenende verabschieden wir den schönen Wolgadeutschen, seine Frau Nadja und deren beide Kinder. Samu darf ich auch nicht behalten. So gemein.

Chris und Theresa schließen sich dem Grillfest an. Sie haben zwei Kinder :D

3 ;)

XX: Du bist also Single und dreifache Mama…
L.: Äh…
M.: Das ist richtig.
XX: Bist du ihr Freund?
M.: Nein, Liebhaber. Ich bin glücklich verheiratet und ziehe mit meiner Gattin fünf wunderbare Kinder groß.
XX (verdutzter Blick): Nett.

L.: Musste das sein?
M.: Wechsle nicht das Thema. Warum erwähnst du mich so selten, dass man denkt, du wärst vogelfrei?
L.: Ist das nicht offensichtlich? Ich schäme mich für dich.
M.: Ist dir klar, dass du mich gerade herausgefordert hast?

Erzengel und Linde: 101 Geschichte, 30 weitere als „privat“ gekennzeichnet
us: 363 Geschichten
kids: 294 Geschichten

Wie hält er es mit einer undankbaren Egoistin nur aus? Der Mann ist ein Heiliger.

* * *
Weiterlesen

Über die Schuhe

M.: ´Ne Frage…
L.: Geh weg, Michael!
M.: Sei nicht unhöflich, Linda! Wurdest du von Katzen aufgezogen? Nein? Warum sagt ihr nicht „Fußschuhe“?
L.: Was?!
M.: Wie „was“? „Handschuhe“: Das Wort kennt ihr. Sonach: „Fußschuhe“, „Kopfschuhe“, „Rückenschuhe“, „Eierschuhe“. Logisch – nicht?
L.: Du bist ein Vollidiot.
M.: Und du hast diesen Vollidioten geheiratet. Warum weinst du, mein Täubchen? Bitte weine nicht.

Edinburgher Zoo

Wie schnell doch unser Leben geworden ist. Du verreist für eine Woche und kehrst in eine völlig veränderte Realität zurück.

Deine Familie wohnt jetzt unten, in einer gemütlichen Deckenburg, die sich in einer malerischen Couchlandschaft befindet. Oben im Badezimmer haben sich Puppen und Quietscheenten eingenistet, weil dein Kind abends majestätisch badet. Wir brauchen mehr Schaum, Mama! Deine Frau hat ihren vierten guten Vorsatz gebrochen und trainiert wieder, obwohl du dich so sehr darauf gefreut hast, dass sie weitere 50 kg zunimmt und du sie überall als „meine Frau, der deutsche Kartoffelknödel“ vorstellen kannst.

Verdammt nochmal!

Ärgere dich nicht, Baby. Fräulein Fettel, dieses Symbol der Beständigkeit, schaukelt starrsinnig auf den Jalousien, denn die Gardinen gehören der Vergangenheit an.

Hach, was waren das für unbekümmerte Zeiten, damals – vor sechs Tagen.

Ein Quäntchen Hoffnung

Der Mann hat sich erkältet. Die Große hat gezickt. Die dritte Klasse sei völlig überflüssig; sie wisse genug und strebe sowieso eine Karriere in Vaters Firma an. Wessen Charakter sie wohl geerbt hat? Die Kleine hat schlecht geschlafen. Fräulein Fettel hat auf meine Laufschuhe gekotzt. Seht aber, wie herrlich es draußen ist.

Jetzt muss ich lediglich herausfinden, wie ich dem sterbenden Schwan verdeutliche, dass er nicht den ganzen lieben Tag in einem Pyjama unter vier Decken auf dem Sofa im Wohnzimmer verbringen kann, sondern aufstehen und mich mit den Hunden in die Meadows begleiten soll. Das Wetter ist so schön.

Wünscht mir Glück.

Gefangen im Reich aus Eis

Hilfe! Die Stadt versinkt im Schnee. Die Schneeflocken kann man zwar an einer Hand abzählen, aber es ist trotzdem schön zu Hause zu sein. Unsere süßen Bären bauen auf dem Balkon ein Schneemonster. Fräulein Fettel lacht sie aus.

Noch drei Tage der Muße, dann wird der Zauber der Weihnacht endgültig verflogen sein und der Alltag wieder einkehren.

Thank you for the wonderful time we spent in paradise, honey.

Sonntagnacht

Sonntagnacht, 4:30 Uhr. Der Fremde, der die Hälfte meines Bettes fürs Wochenende gemietet und seine Schulden in frei konvertierbaren Orgasmen beglichen hat, freut sich auf seinen zehnten unkeuschen Traum. Ich liege daneben, starre auf das Dachfenster über meinem Kopf, in dem kein einziges Sternchen flimmert und überlege, ob ich den dreisten Träumer auf die Rippen schlagen oder gegen das Schienbein treten soll. Ich bin nämlich abgrundtief gemein und beneide ihn seit Jahren um seinen Schlaf. Da kommt mir mein Kind zuvor.

Sonntagnacht, 4:40 Uhr. In der Dunkelheit erklingt eine unzufriedene Stimme:

„Papa? Papa, Papa, Paaapa.”
“Sweety, was ist los?”
“Mir ist kalt, Papa.”

Er steht auf, holt noch eine Decke, knuddelt das Kind, küsst das Kind, legt sich wieder hin, begrabscht beiläufig die Frau, ohne wirklich zu erwachen.

Sonntagnacht, 4:50 Uhr. Die Stimme meldet sich zurück:

„Papa? Papa, Papa, Paaapa.”
“Sweety, was ist los?”
“Mir ist heiß, Papa.”

Er steht auf, holt eine weitere Decke, weder zu dünn noch zu dick, stößt mit voller Wucht mit einem Zeh gegen den Schrank, flucht – oh, wie herrlich dieser Mann flucht –, knuddelt das Kind, küsst das Kind, legt sich wieder hin, wirft der Frau einen vorwurfsvollen Blick zu, entscheidet sich kurzerhand doch fürs Fummeln um.

Sonntagnacht, 5:05 Uhr. Die Spannung steigt.

„Papa? Papa, Papa, Paaapa.”
“Sweety, was ist los?”
“Papa, ich bin hungrig.”

Er steht auf, bringt ihr Kekse und Mandelmilch, wärmt sie, umarmt sie, während sie ihren Snack verputzt und ihm Geschichten erzählt, deckt sie zu, knuddelt und küsst, legt sich wieder hin. Hey, was ist denn aus Grabschen und Fummeln geworden?

Sonntagnacht, 5:20 Uhr. Die Apokalypse kündigt sich an.

„Papa? Papa, Papa, Paaapa.”
“Sweety, was ist los?”
“Papa, ich habe vergessen, meine Zähne zu putzen.”

Sonntagnacht, 5:35 Uhr. Erinnert ihr euch an die unheilvolle Musik aus Hitchcocks Filmen? Ja, ja, die hört man deutlich im Hintergrund.

„Papa? Papa, Papa, Paaapa.”
“Poppet, willst du nicht noch ein bisschen schlafen?”
“Papa, ich muss aber dringend auf die Toilette.”

Sonntagnacht, 5:55 Uhr. Die Tür geht auf. Im Zimmer erscheint das Fass auf vier kurzen Pfoten, welches wir Fräulein Fettel nennen. Im Türrahmen dahinter steht der kleine Engel mit verwuscheltem Haar:

„Mami, ich möchte mit dir kuscheln. Fahren wir heute zur Farm und streicheln die Ziegen?“

* * *
Versteht ihr, warum Michael gestern so schweigsam war? Komisch.
__________
Die Chronik eines Verbrechens (или Кто украл мои трусы?)

Erfolgserlebnisse

Unser Drachenmädchen ist gerade zehn Schritte gegangen. Ganz allein. Ohne Hilfe.

* * *
Gestern habe ich Michael auf dem Übungsgelände besiegt. Ich war gemein. Der Tritt war hinterhältig. Der Mann lag aber am Boden, und die Meute jubilierte. Now what?!

Das Leben ist schön and full of Kätzchen*.
__________
*Yep, so sieht heutzutage German aus. Terrible!

Willkommen im August!

Mit Erstaunen habe ich das Gerücht vernommen, dass es frohmütige Frauen auf Erden gäbe, deren Männer sie morgens zärtlich aus dem Schlaf wach küssten, deren Kinder sie mit engelsgleichen Gesängen sanft weckten und deren Katzen sie immer mit einem vorzüglichen Frühstück verwöhnten.

Von wegen!

Mir wurden z.B. Schweinereien ins Ohr geflüstert. Ich wurde am Hintern begrabscht. Ich wurde gekniffen und gekitzelt. Meine Katzen murksten einen Maulwurf ab und haben ihn mir als rituelle Opfergabe dargeboten. Anscheinend bin ich eine Katzengottheit. Meine Kinder fielen über mich her wie eine Horde wilder Kelten und haben mir ihre ehrgeizigen Pläne für den Tag erläutert. Ich habe mich beinahe im Badezimmer gerettet.

Willkommen im August!

* * *
Das goldige Drachenmädchen, das Sonnenscheinchen Sólveig, ist jetzt ein Jahr alt.

Sie sitzt, krabbelt, steht und geht mit unserer Hilfe. Sie mag Hunde und ist verrückt nach Bananen. Mit „Mama“, „Papa“, „Kika“*, „Fifi“*, „ga-ga-ga“ und „bu-bu-buuu“ kann sie philosophisch das ganze Universum erklären.

Sie ist stark. Sie ist eine Kämpferin wie ihr Vater.

* * *
Am 4. August vor sechs Jahren hatten wir standesamtlich in San Antonio geheiratet. Als ich „I now pronounce you husband and wife!“ hörte, wollte ich panisch wegrennen. Zum Glück blieb ich.

I couldn’t have picked a better partner to spend my life with. Thank you for marrying me, Michael.

* * *
Vierzig** Wochen später, am 7. August, gebar ich Emiliana, unser Leben, unser Wunder, unseren Stern.

Der Himmel hat uns reichlich beschenkt.

* * *
Ende August werde ich… und hier scheiden sich die Geister: nach dem elfischen Kalender meiner Tochter – neunzehn, nach dem julianischen Kalender – neununddreißig.

Aus einem nebulösen Grund gefallen mir die Elfen sehr, und ich freue mich auf den letzten Monat dieses bescheidenen Sommers.
__________
*Kika – Katzerina Freikatze v. Katzenburg, Schottische Faltohrkatze mit römischem Migrationshintergrund; Fifi – Friedrich Basileus Fresserossa, Maine-Coon-Kater, eine Mischung aus Waschbären und amerikanischen Pilgern
**Okay, drei Tage später. Ich leide an Dyskalkulie.

Fáfnirs Schatz

Drachenfrauen aus dem Sternbild Orion sind leicht zufrieden zu stellen.

* * *
Der Flieder berauscht die Sinne mit lieblichem Wohlgeruch.

* * *
Meine Dienstleistung als Dolmetscherin wurde nicht nur großzügig honoriert. Obendrein hat Dafydd mir ein vorzügliches Dessert ausgegeben.

Die Zitronencreme mit Karamell aus weißer Schokolade hat vollkommen mit Himbeerparfait und reifen Beeren harmoniert.

* * *
Ich habe wieder meine nächtliche Freundin, die Hüterin der endlosen Treppen, getroffen. Sie hat mich schnurrend begrüßt.

Die Einheimischen dieser Stadt sind wahnsinnig charismatisch.

* * *
Am Donnerstag werden unsere Knirpse zwei Jahre resp. zehn Monate.

Der kleine Frechdachs hat seinem Vater treuherzig über Skype zugeflüstert: „Daddy, kommst du zu meinem Geburtstag? Ich warte auf dich so sehnsüchtig wie auf… wie auf… wie auf eine Sahnetorte.“

Das süße Drachenmädchen kann inzwischen krabbeln und beißt jeden, der sie daran hindert. Unter ihren Ahnen gab es anscheinend nicht nur Drachen, sondern auch Schnappschildkröten.

Das Portal in eine andere Welt

Ich erlebte eine merkwürdige Samstagnacht.

Um zwei wachte mein süßes Drachenmädchen auf, weil sie zahnt und momentan weinerlich ist. Ich beruhigte sie, schlief aber selbst nicht mehr ein.

Um drei beschloss ich rigoros, mit den Zerberussen zu joggen. Wann, wenn nicht um drei? Nicht wahr? Zwei gigantische amerikanische Schäferhunde* und ein graziles Däumelinchen bildeten eine Zweckgemeinschaft und traten um drei Uhr zwanzig an die kühle Luft in ein sternklares Traumland hinaus. Es regnete.

Unterwegs begegneten wir einer Frau mit einer Dänischen Dogge, die französisch sprach (die Frau, nicht die Dogge, obwohl es noch makabrer wäre) und einem Mann mit… ihr erratet es nie… zwei deutschen Schäferhunden. Der Mann grinste wie ein Honigkuchenpferd. Es sollte sich herausstellen, dass er in Itzehoe geboren wurde. Ich erfuhr nie seinen Namen, aber die Begleiter hießen Abraxas und Quentana.

Geht die Sonne unter, öffnet sich, wie es scheint, ein Portal in eine andere Welt und diverse wunderliche Gestalten treiben ihr Unwesen in den schönsten Straßen Edinburghs.

Zu Hause wartete eine wütende Katze, die uns übel beschimpfte und hinter der Couch verschwand.

Um halb fünf legte ich mich zu Michael, den keine Schlaflosigkeit quälte und der unverschämt entspannt daneben atmete, zog mir die Decke über den Kopf und verwünschte das unfaire Leben.

Um fünf zwickte ich ihm in den Oberarm und bot meine sexuellen Dienste in seinem Arbeitszimmer an, um die Kleinen mit dem ganzen Dahinschmelzen und Stöhnen nicht zu traumatisieren.

Wenn du fünf Kinder großziehst und besonders zärtlich zu deinem Mann sein willst, musst du dich neu erfinden. Früher oder später wirst du nicht an der Couch in seinem Arbeitszimmer vorbeigehen können, ohne zu entflammen oder beim Anblick der Dusche zu erröten, aber die Mühe lohnt sich.

Mein Mann war verwirrt, aber nicht abgeneigt. „Er kümmert sich um einen raschen Anstieg meiner Glückshormone, ich schlafe erschöpft ein“, überlegte ich mir. Das war ein Schuss in den Ofen. Ha-ha.

Danach funktionierte er mich zu einem Kissen um, legte seinen Kopf auf meinen Rücken und fiel in den tiefsten Schlaf. „Ich höre, wie dein Herz schlägt“, wisperte er kurz davor, und ich zerfloss wie der Mississippi im Frühling. So starrte ich in die Dunkelheit, – willenlos, schlaflos, aber mit erhöhtem Oxytocin-Spiegel –, während mein Herz für ihn allerlei peinliche Liebeslieder sang und versuchte mich nicht zu bewegen, weil sich seine Atemzüge unglaublich gut an meinem Hals anfühlten, bis irgendwann, gegen sieben Uhr, die Tür aufgetan wurde und eine freundliche Elfengang mich fragte: „Und, Mami, schläfst du, schläfst du, schläfst du? Backt uns Daddy Waffeln zum Frühstück?“

Es ist halb zwölf. Ich bin müde und gähne jede Sekunde, aber die Waffeln mit Ahornsirup haben köstlich geschmeckt.
__________
*Shiloh Shepherds, plush-coated

Fräulein Katzerina

Habt ihr euch inzwischen auch gefragt, wie unsere Katze aussieht?

Meet Fräulein Katzerina Fettel.

Was? Woher soll ich wissen, wer der Asiat unter der Sonne ist? Temüdschin?

Kitty pinkelt mit Vergnügen auf die Bücher über die Goldene Horde.

Über gemeine Gauner

Wenn mein Mann zu Hause ist, freue ich mich sogar, früh aufzustehen.

Erstens bereitet er das Frühstück* vor.

Zweitens genieße ich seine Dialoge mit den Kindern und Fräulein Fettel. Sie ist wortkarg und antwortet meist mit forderndem oder empörtem Miau.

„Fettel, hör auf zu grunzen. Hast du dich im Spiegel betrachtet? Du bist keine Katze. Du bist ein Nilpferd. Fauche mich nicht an, sonst fliegst du aus dem Fenster. Ohne Fallschirm. Kannst du fliegen?“

„Eli, nimm den Kochtopf vom Kopf. Wir tragen prinzipiell keine Kochtöpfe als Hüte. Auch keine Bratpfannen. Oder Suppenteller.“


„Kinder, wer hat die Fettel in den Mülleimer gestopft?“
„Sie hat sich selbst in den Mülleimer gestopft.“
„Verlässt du uns? Was für eine grandiose Überraschung! Ich heiße deine Entscheidung gut. Fettel, reg dich nicht auf. Ich mache gleich den Deckel zu und werfe dich in die Mülltonne.“

Drittens fährt er die Horrorbrigade zur Schule und in den Kindergarten. Ich schließe die Tür hinter ihnen ab, winke zum Abschied vom Balkon und hüpfe mit den Toddlers schnell unter die warme, kuschelige Decke. Noch ein Stündchen Schlaf ergaunert. Das Leben danach wirkt auf mich sonniger.

* * *
Fräulein Fettel wurde in letzter Sekunde gerettet. Sie döst verträumt daneben.

Und euch allen wünschen wir einen wunderschönen Tag ;)
__________
*Haferbrei mit frischer Butter, Sahnejoghurt mit Honig und karamellisierten Pecannüssen, Obstsalat aus Bananen, Äpfeln, Sharonfrüchten und dazu heißen Kakao mit Mandelmilch

This is as merry as we get

Unser Konzept für Weihnachten war denkbar simpel. Die Horrorbrigade schmückte den Tannenbaum. Michael riegelte die Wohnung ab, um sich von ungebetenen Gästen zu schützen. Ich zog Fräulein Fettel die Uniform der Schweizer Gardisten an, setzte ihr einen Morion auf, händigte ein M25 eine Hellebarde aus und kommandierte zur Wache ab.

Ihre Dienste wurden in Naturalien bezahlt: Dampf gegartem Lachs, pochiertem Ei und Rahmspinat. Dies ist Fräulein Fettels Leibspeise. Sie ist eine anspruchsvolle Genießerin.

Wir alle blieben zu Hause, trugen Pyjamas mit lustigen Motiven, machten uns eine große Pfanne Bratkartoffeln mit Zwiebeln und Austernpilzen (Adschika, Salzgurken, Cherrytomaten eingemacht nach russischer Art und Auberginen mit Kräutern in einer würzigen Essigmarinade rundeten die frugale, aber schmackhafte Mahlzeit ab.), schauten „Strangers with candy“ und kuschelten viel im Bett.

Das Konzept ging auf.

Einen Tag danach fuhr die Horrorbrigade mit den Großeltern aufs Land. Ich verstehe sie. Die Großeltern wohnen in einem alten Haus und halten unzählige Tiere: Schottisches Hochlandrind, Pferde, Ponys, Schafe, Ziegen, Schweine, Kaninchen, Hühner, Hunde, Katzen und sechs fidele Chinchillas. Fräulein Fettel könnte das nie übertreffen.

Unsere Kinder lieben Tiere. Noch mehr gefiel es ihnen, die hohe Felsgebirgstanne vor dem Haus feierlich zu dekorieren.

Währenddessen gingen wir oft mit den Knirpsen in der Stadt spazieren: in Dean Village am Water of Leith entlang, zum Spielplatz in den Meadows, zu den Schwänen und Wildenten im Holyrood Park, in der Street of Light*, zur St Giles’ Cathedral, zum West End, zum Castle Rock, zu den Braid Hills und am Arthur’s Seat.

Edinburgh ist ein wahres Märchen. Diese Wochen waren sorglos, innig und zärtlich. Möge das neue Jahr genauso fröhlich, glücklich und unbeschwert verlaufen.

* * *
Gestern hat es fortwährend geregnet. Mir fehlt der Schnee, aber ich beschwere mich trotzdem nicht. Der Winter meint es gut mit uns. Das Sonnenlicht ist golden. Der Tagesanbruch beeindruckt mit leuchtenden Farben. Sterne illuminieren den trüben Nachthimmel. Kirschbäume blühen in zartem Rosa.

Und das im Januar!
__________
*West George Street until the 24th December

Lebt wohl, Schmetterlingsorchideen!

Am Silvesterabend feiern mein Mann und ich unser 17-jähriges Jubiläum – die Orchideenhochzeit (in Westeuropa) oder die Rosenhochzeit (in Russland).

Wenn Daniel und seine Frau Haley uns besuchen, bringen sie immer zauberhafte rote Rosen aus ihrem Garten mit. Wenn meine Schwiegereltern vorbeikommen, schenkt uns Michaels Stiefmutter anmutige Schmetterlingsorchideen.

Zwei davon hat ein gewisses Fräulein Fettel hinterhältig ermordet. Aus purer Boshaftigkeit. Ich bin morgens in einem Meer aus Orchideenblüten aufgewacht wie eine aztekische Hohepriesterin im Jenseits.

Was soll ich mit dieser Katze nur machen? Sie mal wieder rehabilitieren?

мгновение

Katzerina Fettels Alltag

Es war eine stille Nacht. Die Gedanken schweiften ab. Das Harmagedon brach herein. Ich erlebte vor Schreck meine erste außerkörperliche Erfahrung.

Es ist jetzt amtlich. Unsere Katze kann fliegen. Gestern absolvierte sie erfolgreich ihren Jungfernflug im Wohnzimmer. Die Gardine inbegriffen. Und auch die Gardinenstange. Und die Träger. Das Maß ist voll.

Ich wollte heute ein deftiges deutsches Abendessen zubereiten, aber stattdessen wird es geschmorte Katze mit Serviettenknödeln und Rahmwirsing geben. Dazu warmen Apfelstrudel mit Vanilleeis.

Ich muss allerdings erwähnen, dass das zukünftige Schmorgericht nicht besonders besorgt aussieht. Es hat sich hinter der Couch verbarrikadiert, bügelt seinen Kampfanzug, schärft die Krallen und wartet geduldig ab. Sechs weitere Räume mit Gardinen sind schließlich in der Wohnung zu finden.

* * *
Wenn die Katze nicht gerade schläft, frisst, kotzt oder das Gebäude bis auf die Grundmauern niederreißt, fährt sie Rennen. Sie fährt inzwischen einen Rennstaubsauger, einen Renngeschirrspüler, einen Rennwäschetrockner, eine Rennwaschmaschine und ein Rennskateboard.

Aus diesem Grund nennen wir sie Katzerina Fettel. Oder einfach – ach du kleines bescheuertes Scheusal.

Über Sumpftrolle & Schurken

Drei Schurkereien vollbrachte die Katze am Wochenende:

1. Sie bezwang nachts die hohen Gipfel der Gardinen im Speisesaal. Wir mussten sie retten.
2. Sie entführte meine Merinowollsocke und hüllte sich in Schweigen. Die Socke verzweifelte derweilen am Leben in einem düsteren Verlies.
3. Sie zähmte zu guter Letzt das mystische Ungeheuer namens Kobold VR200 und ritt es tollkühn durch die Wüste des Wohnzimmers. Unser kleiner Sohn, der achtzehn Monate alt ist, eiferte ihr nach.

* * *
Mein Mann geht heute für drei Wochen auf Geschäftsreise. Ich bleibe zu Hause und fechte um mein Ansehen als Alleinherrscherin gegen fünf niedliche, reizende, grandiose und unglaublich freundliche Sumpftrolle.

Omnes sancti Angeli et Archangeli, omnes sancti beatorum Spirituum ordines, omnes sancti martyres, orate pro nobis. Propitius esto, parce nos, Domine. Propitius esto, exaudi nos, Domine. Amen.

Das wird lustig.

Like Father, Like Daughter

Am Donnerstag hat meine Tochter den Speisesaal dekorativ verschönert. Bei der Einnahme der Mahlzeiten betrachte ich jetzt mit zarter Ergriffenheit an der Wand unter dem Fensterbrett den Ehrenkodex der USMA, an der ihr Vater ausgebildet wurde:

A cadet will not lie, cheat, steal, or tolerate those who do.

Die Handschrift ist noch unbeholfen. Die Buchstaben hüpfen wie übermütige Hasen. Ihre Größe und Form variieren ständig. Wen kümmert’s?

Die Tochter strahlt. Der Vater ist selig. Die Katze kotzt vor Begeisterung im Wohnzimmer.

* * *
Am Freitag hat meine Tochter unerwartet herausgefunden, dass das Zeitalter der Auflehnung gegen die elterliche Unterdrückung angebrochen war. Sie hat sich ihre wunderschönen lockigen Haare vor einem Spiegel selber geschnitten. Die Zwillinge haben geholfen.

Leider könnte ich nicht annähernd beschreiben, wie elend ihr Vater ausgesehen hat, als sie sich ihm in ihrer optimierten Gestalt offenbarte.

Seit dem Friseurbesuch am Samstag trägt sie übrigens den gleichen Haarschnitt wie er während seines Dienstes beim Militär.

* * *
Indes bringt sich die Katze bei, wie man einen Staubsauger fährt, aber das ist eine andere Geschichte.

Das Mammut oder der böse November

Meine Güte, wo kommen die Mücken her? Es ist doch Mitte November!

Die Katze freut sich allerdings. Sie fängt die Mücken und verspeist sie genüsslich; dabei schmatzt und grunzt sie so laut, als hätte sie ein Mammut niedergestreckt und würde es samt Knochen vertilgen.

Ich erwarb in einem Laden eine Insektenfalle mit blauem UV-Licht. Die Mücken hat sie nicht angelockt. Mein kleiner Sohn und eine fette Fliege haben sich aber äußerst interessiert gezeigt. Nachdem die Fliege medium well gewesen war, stank es im Schlafzimmer so bestialisch, als hätte die Katze das erlegte Mammut vor dem Verzehr auf dem Rost gegrillt.

Das Fenster steht offen. Die Katze jagt auf dem Balkon eine Libelle. Eine Libelle! Was soll das?

Diese Ereignisse erinnern mich an die Novelle „Der Alligator oder das böse Jahr“ von Frank Thiess.

Nun warte ich auf die Wiederkehr der Schmetterlinge.

Die Samhain Verschwörung

Michael war mit der Horrorbrigade draußen. Es hat geregnet. Die Kids sind natürlich in jede Pfütze hingefallen, die sie finden konnten. Von diesem erfreulichen Spaziergang haben sie nach Hause einen Riesenhaufen Blätter und ein Pfund Eicheln mitgebracht. Bei uns in der Straße wachsen alte Eichen und Ahorne.

Die Blätter waren schön, aber schmutzig, also haben die Kids sie im warmen Wasser mit Shampoo gewaschen und zum Trocknen auf dem Balkon aufgehängt. Jawohl! So flatterten die Blätter im Winde wie bunte buddhistische Gebetsfähnchen, bis die Katze sie entdeckt hat. Später gesellte sich dazu eine Krähe. Wir haben versucht sie zu verscheuche, die Krähe hatte allerdings ihre eigenen Pläne und schimpfte böse mit uns.

Des Morgens früh habe ich das dynamische Duo auf dem Balkon paradieren gesehen: Die Katze zwischen den Blumentöpfen, die Krähe auf der Brüstung. Ich traue den beiden nicht. Sie verschwören sich. Samhain naht heran.

Seit unsere Kinder auf der Welt sind, leben wir in einem surrealen Märchen. Das nimmt mich immer wieder wunder.

Федька вернулся

Блудливый козел Федька вернулся в родное лоно Котьки. Она его ласково встретила.

Обругала, навешала и загнала под потолок на кошачье дерево, где он коротал три дня и три ночи с перерывами на пожрать, посрать, полапоблудничать и наблевать в гостиной. У Федьки насыщенный рабочий день.

Заседая под потолком и думая экзистенциальные думы, неверная рыжая морда изредка свешивался вниз и мямлил: – Прости меня, Котюша.

Котюша прощала. Залетала на дерево, отвешивала оплеух и норовила вырвать то правый, то левый глаз.

Об этом тяжелом семейном кризисе четы Рыжемырдиных-Гадюкиных мне поведал Майк, который вчера навещал на хуторе К.В..

Как говорится в древней эльфийской поговорке: не хочешь получить в ебало, не таскайся по блядям, и будет тебе любовь, согласие да множественные оргазмы.

Выразительный пример эльфийской предусмотрительности, я считаю.

Аs Happy As Friedrich in Apple Blossoms

Пока мы были в Шотландии, К.В. освоил WhatsApp и зафлудил нас фоточками. Понятно, кто был основным мотивом?

Основной мотив: Федя украсился лепестками японской вишни. Федя валяется кверху пузом в канаве. Федя украсил прихожую, кухню, диван в гостиной лепестками японской вишни. Федя украсился лепестками яблони. Федя валяется книзу пузом в канаве. Федя украсил прихожую, кухню, диван в гостиной лепестками яблони. Котя лупит Федю. Федя спасается на дереве.

* * *
На выходных Федя сидел на тополе и вопил, как батальон вурдалаков. — Федьку надо спасать, — предложил Майк и пошел за стремянкой. Пришел, придвинул стремянку к стволу, полез. Поймал Федю, почти снял его, как вдруг этот рыжий козел извернулся и вцепился Майку в руку между большим и указательным пальцами. Майк обозвался, Федька огрызнулся, помчался и — залетел на другой тополь. Майк вторично придвинул стремянку к дереву с вопящим Федей и снял его. Федя умчался в ночь. Майк смыл с себя лужу крови.

* * *
— Мишка, тебе надо к врачу, — ворчала я, оказывая мужу первую помощь.
— У меня все хорошо, — привычно врал муж.

Утром он проснулся с рукой, опухшей до размера упитанного Тадля. Я, перепугавшись, заорала: — Затряхивайся в машину! — и потащила Мишку к ветеринару (не далеко, всего три километра).

Ветеринар посмотрел на рану и прошептал: — Вам надо ехать в больницу.

Какие-то двадцать семь километров, и мы увидели окружную больницу.

* * *
В скорой мед. помощи была смена у русского врача. — Что же вы так долго ждали? — кокетливо спросил он Мишку, — начинается сепсис, — и воткнул в рану скальпель. Студенты кровожадно улыбнулись. Я упала в обморок.

* * *
Вечером я смотрю на Мишку, который стягивает с себя футболку двумя пальцами: мизинцем и безымянным — и мне становится безумно смешно:

— Мишка, никакие мы с тобой не дуб и липа! Мы самые настоящие лемминги.
— То есть все понятно? Либо мы доживем до Рождества, либо самоуничтожимся?

* * *
В английском есть выражение: быть счастливым, как свинья в навозе (as happy as a pig in shit). Какая глупость! Мы счастливы, как Федька в яблочном цвете.

Спасение гадюшонка

Майа с Орионом отвоевали у чужого кота гадюшонка, которого тот схватил за шкирку и хотел убить. Благодаря собачатам, гадюшонок жив. Гадюкина наваляла коту по самое не могу. Надеюсь, больше не вернется. Загнала всех домой и заточила в гостиную.

Заглушить или прикончить?

В 5:23 машина Ари взвыла гнусным фальцетом под окнами нашей спальной. Катценбург, созерцающая в это время рассвет на подоконнике, взлетела до потолка, прижала пузо к позвоночнику и исчезла в четвертом кошачьем измерении. „Пойду заглушу машину и прикончу Ариэля“, – хмуро произнес Майк. „Не горячись. Лучше заглуши Ариэля и прикончи его машину“, – не менее хмуро подсказала я и потерла коленку. Так романтично продолжился наш вечер.

Мы с Катценбург быстро сменили подштанники. Я прилегла. Катценбург хлебнула водички и еще долго крестилась дрожащей лапкой перед дверью. Теперь мирно сопит на изголовье кровати до тех пор, пока не брякнется во сне мне на голову.

Сквозь юную листву деревьев пробивается яркий ослепительный солнечный свет, а по небу странствуют стада белых кудрявых барашков, подгоняемых прохладным ветром. Д-ч, выслала тебе несколько десятков. Жди.

* * *
В ходе разборок с машиной не один лев не пострадал, зато проснулись две кукушки, которые ведут весьма занимательную беседу. Много сквернословят. Заслушалась.

Cакуры, тюльпаны, мейн-куны

В провинции цветут сакуры, тюльпаны и мейн-куны. В деревне возле лавки мы встретили одного такого мейн-куна, который сразу отвернулся и отморозился. Аня не обиделась: «Здорово, Федя!» Мейн-кун подозрительно скосил один зеленый глаз, приблизился, подпрыгнул, повис на окне машины, забарахтал ушами/хвостом/конечностями (начитался Джерома К. Джерома про лодку), забрался, хрюкнул и полез целоваться. Услышав вопрос Поехали домой, Феденька?, мейн-кун скосил второй зеленый глаз, отпихнул Аню лапами, больно стукнул в грудную клетку пятками и умчался.

* * *
Часто по двору летает рыжий пух: это Федор Иннокентьевич вернулся домой пожрать и встретился со свирепой супругой Екоториной Змеевной. Куры довольны таким стечением обстоятельств. Все гнезда нынче украшены рыжими клочьями.

* * *
Гадюкина меж тем занимается гадюшатами. Гадюшата подросли. Знакомятся с цыплятами в то время, как мамаша с церберами ищет потерянный клад тамплиеров. Выходишь в шесть утра на крыльцо и видишь: на холме возле опушки леса по ту сторону пруда маячат пять меховых задниц. Земля летит во все стороны. Не оборотни, а кроты, ей-богу! Мельтешат, роют, копают.

* * *
Маленькому одиннадцать месяцев. Крошка-неваляшка стал шустрым. Пока его еще не приняли в солидное медвежье общество, но уже не обижают. Ходит. Вышагивает, если держать за ручки. Делает несколько шагов самостоятельно, плюхается на попу и удирает. Окончательно поменял цвет глаз *рыдает, уткнувшись лбом в банку с маринованными помидорами*: теперь они не изумрудно-зеленые, как у меня, а сапфирово-зеленые, как у Роберта. Шотландцы в восторге, мне тоже нравится, но все равно обидно. Остается надежда на Бусинку.

К ма-ме и Ha-se добавились папа и баба. Причем папа – это вовсе не папа, а недавно в приступе нежности бурундучок положил головку Рихарду на плечо и назвал его мамой.

* * *
Маленький медведь горланит перед сном бандитские песни, приходит ко мне и интересуется: «Папа еще не вернулся?» Получив отрицательный ответ, скрывается. Вновь горланит бандитские песни, приходит… И так до тех пор, пока не предложу ей приземлиться рядом, что является ознаменованием длительного периода воздвижения одеяльных пирамид.

* * *
Майкл читает в Сингапуре доклад. Из названия доклада я поняла два слова: «IT» и «security». Безумно довольна собой. До появления в нашей жизни медведей, мы часто ездили в командировки вместе, и я пыталась попасть на один из таких докладов, но он мне категорически отказывал: «О, нет! Нет, нет, нет; нет, нет, нет и еще раз – нет! Если я увижу тебя в аудитории, то начну нервничать, раздражаться, чесаться, заикаться, возбуждаться – и это все одновременно». С тех пор у меня появилась мечта, которую я мечтаю…

Раз уж не пускают в конференц-зал, пойду гордиться мужем заочно. В холодильнике стоит еще одна банка маринованных помидоров.

Котька в родильной палате

Ужас, ужас, дикий ужас! Котька задумала рожать, а мы не готовы. Ветеринар валяется в прострации. Скоро подъедет.

Только вчера Мишка спросил: „Катценбург, ты когда рожать собираешься? Посмотри на себя, ты на гиппопотама похожа“. Катценбург обиделась, сказала „Шшш“, – и побила Мишку лапой. Затем спрыгнула с кровати – пол покачнулся, дом накренился, – и пошла подкрепляться.

Пожелайте вредной Котьке легких родов.

Федька, свинья беспечная, трусит за диваном.

UPD В момент роженица занята. Кушает любимое блюдо, приготовленное побитым Мишкой: лосось на пару со шпинатом. Чавкает, как стадо свиней и одновременно орет песни, чего с ней обычно не случается. Найда нервничает.

Кошкомонстр совершает попытку покушения

В полночь мое ясное чело столкнулось со всей дурью с дверью, которую раскрыла мамзель Гадюкина. Сорвалась ее очередная попытка покончить мою жизнь самоубийством. Было больно. Майк утешил. Два раза.

О пользе шотландцев для молодой семьи

Маленький Солнец категорически отказывается сотрудничать с дедушкой и бабушкой. Роберт зовет его к себе, а он делает большие глаза, улепетывает к папе и злобно выглядывает из-за его ног, повторяя при этом ой-ей-ей-ей.

* * *
У папы на руках зеленоглазый Одуванец чувствует себя спокойно, поэтому после некоторого промедления даже принимает в дар мягкую пушистую овечку. Папа сразу получает овечкой по роже. Строгость никому не помешает.

* * *
После долгих уговоров, танцев и молитв богам древних кельтов, Солнец-Одуванец соглашается посидеть у бабушки на руках, затем сообщает всем своим видом: „Сейчас заору“, — и тянется к папе.

* * *
Медвежий Триумвират более общителен. Маленькие медведи расхватывают подарки, целуют дарителей и проводят экскурсию. Вкратце рассказывают о доме, досконально — о детских. Следом бегают собачата. Из-за угла выглядывают Гадюкина и Рыжемырдин.

* * *
За завтраком маленький медведь заботливо осведомляется: „Папа, почему мама ночью плакала?“ Папа делает вид, что не владеет британским диалектом английского языка. И поделом! Если ты отлавливаешь свою непорочную, застенчивую супругу в самых неожиданным местах и делаешь ей деловые предложения, то не удивляйся вопросам.

* * *
Медвежьим родителям выпадают шесть дней отпуска: две пятницы, две субботы, два воскресенья и освобождение от поездок в детский сад.

Чего еще не хватает для полного счастья?

Новый живот ;)

Полночь. Снег за окном. Самый осмысленный диалог нашей семьи за последнюю неделю:

— Бу-бу-бу. Бу-бу. Бу-бу-бу.
— Фр-фр, фр-фр-фр. Фр-фр.
— (ревностно) Мря? Мря?

Кто ревностно ревновал? Кто был у ветеринара? Кто в положении?

Я спокойна. Я совершенно спокойна.

В пятницу вечером Костенька изъявил желание погостить у Анны. Мы его уговаривали остаться, но Костенька был неумолим и запихивал в рюкзак зайца, карамельки и пижаму. В воскресенье Костенька прокатился с Генри в метро и вернулся радостный домой.

Во время обеда он мне жалуется:

— Мама, у них всю ночь плачет младенец. Я плохо спал. Ты представляешь, как это тяжело?

Только понаслышке, Костенька, только понаслышке.

* * *
Медвежата переживают миграционный период. Мигрируют из одной пустой комнаты в другую, поют песни, а иногда даже остаются зимовать. Периодически совершают мелкие хулиганства и сваливают на Федора Иннокентьевича.

* * *
Ночью в коридоре часто раздается топот ножек: топ-топ, топ-топ, топ-топ — в одну сторону. Если прислушаться, то топот значительно меняется в другую сторону: топ-топ, чап-чап, топ-топ, чап-чап, чап-чап. Утром в детской на подушке покоятся две головы: обе лохматые, одна весьма ушастая.

* * *
„Найда, — уличает собачонка Мишка, — не делай вид, что ты весь день мирно дремала в корзине. Не делай. Это твоя шерсть на покрывале, я так не линяю“. Совестливая Найда прикрывает лапами глаза. Екоторина Змеевна торжествует, свесив со спинки дивана три задние конечности.

Орион обожает смотреть документальные фильмы про животных, поэтому застенчиво отворачивается и признается: „Каюсь, валялся в ваше отсутствие на диване. Валялся, валяюсь и буду валяться“.

— Майкл, отцовство сделало тебя добросердечным. Шесть лет назад церберы получили бы за свое дерзкое поведение под зад, — задумчиво резюмирует Генри.
— Генри, шесть лет назад ты тоже получил бы за свои дерзкие комментарии под зад. Моя добросердечность идет тебе на пользу, — добросердечно резюмирует Мишка.

* * *
Недавно опочил вечным сном очередной Тадль. Чтобы не огорчать медвежат, Мишка купил нового — белого, вислоухого. Он ему никого не напоминал. У него такой же приятственный характер.

Раньше я не догадывалась, что кролики умеют жужжать и рычать. Если новый Тадль голоден, этот вислоухий козел кусает меня за пятки.

* * *
Подумываем купить Оскару бабу. Что-то он закручинился и даже стал меньше материться. Качается в клетке туда-сюда с закрытыми глазами. Наверняка строит план захвата власти во Вселенной. Если верить ветеринару, Оскар нас всех переживет.

* * *
— Медведи, мишки, медвежата, — целую я маленьких медведей на прощание, — а хотите, мама заберет вас из детского сада?
— Не надо, мама, — возмущенно вопят в ответ маленькие медведи. — Нас заберет папа. Мы зайдем в магазин и купим пакетик мармеладных зверей.

В среду приезжают Мишкины родители с целью окончательно разбаловать маленьких медведей.

Про звезды в спальной

Когда мы пару месяцев назад ездили в гости к знакомым лошадкам, Милка увидела в детской комнате Дина забавную божью коровку, которая ночью проецирует на потолок и стены звездную карту. Солидный медведь Милка скушал пару печений, выпил фруктовый чай, поиграл с малышом, предложил Северину Илая, погладил лошадок, вернулся домой, упал в папины объятия и запел древнюю шотландскую балладу o заветной божьей коровке. Папа только пришел с работы, снимал второй ботинок и не совсем понял, о чем речь. Солидный медведь Милка топнул ногой, закинул куртку в угол, свалился в гостиной на пол и потребовал: „Папа, папочка, папусечка, мне нужна божья коровка. Очень сильно нужна. Купи мне божью коровку. Она будет светить звездами, а свой светильник забери. Он мне сразу не понравился. Он не светит звездами“.

Медведя успокоили, накормили ужином и на всякий случай приобрели три божьи коровки. Первые три дня медвежата таскали их везде за собой. На четвертый день божью коровку потрогал лапой Орион. Загорелись звезды. Орион потрогал божью коровку второй раз. Звезды погасли. Собачонок загоготал в голос и поведал о своем открытии Найде, которая не преминула упомянуть божью коровку в беседе с Катценбург. Котонесса лупила базилея и приговаривала: „Ах ты, дрянь прожорливая, морда похотливая! Ты мне ничего не даришь, узурпатор чертов! Другие коты дарят своим супругам подарки, а ты мне только котят даришь“. Базилей от неожиданности перевернулся на бок, вскочил и умчался в свое логово на кошачье дерево. Недели через две весь медвежий заповедник ловко включал и выключал божью коровку.

Но больше всего радовались мама и папа, потому что у них в спальной ночами кто-то хихикает и на потолке частенько загораются звезды, и гаснут, и загораются, и гаснут, и загораются. Домовой шалит?

Папин сын Илай

Зеленоглазому медвежонку восемь месяцев. Он сидит в подушках, ползает со скоростью света, встает и прогуливается вдоль дивана и возле мебели, ухватившись за край руками. В нашем активном лексическом словарном запасе появилось выражение „припарковать Илая“: посадить в детский стул или коляску, чтобы не уполз. Эли окончательно стал Илаем после того, как папина дочка рассказала в Великой эльфийской ложе, что из родных у нее мама, папа, два брата и папин сын Илай. С папиным сыном Илаем у папиной дочки сложные отношения, но иногда она милостиво снисходит до совместных фотосессий, обнимательно-целовательных сеансов и даже приносит ему игрушки, которые он выкидывает из манежа. Папину дочку папин сын Илай обожает, глазеет на нее с восторгом и гоняется за ней не менее оптимистично, чем за Екоториной Змеевной Гадюкиной, которая за время беременности нисколько не подобрела.

С Федором Иннокентьевичем Рыжемырдиным у папиного сына Илая с рождения теплые, дружественные отношения. Илай гладит и обнимает Федора Иннокентьевича, Федор Иннокентьевич довольно горланит морские песни шанти. Когда Илай был совсем крохотным и учился переворачиваться с одного бока на другой, Федор Иннокентьевич осторожно подползал под него и подпихивал.

Лучше друзья Илая — это Найда, Орион и всё, что стащил или нашел на полу. Илай хорошо различает мои настроения: когда я обращаюсь к нему недовольным голосом, он удирает и пытается съесть на ходу всё, что стащил или нашел на полу и успел сунуть в рот. Кроме того Илай любит овощные и фруктовые пюре, каши из круп, творог и размороженное грудное молоко, но категорически отказывается мириться с покупной едой.

Отличный сын получился у папы, не смотря на активное содействие мамы.

* * *
Купили две баночки детского питания: сливочный шпинат с картофелем и паста в овощном соусе с рыбой. Предложили Илаю. Илай напыжился и плюнул в нас шпинатом. Сунули в рот пасту и покорно соскребли ее с Илая, с себя, со стульчика, со столика и с Федора Иннокентьевича. Отдали Ориону. Он быстро перекусил и еще долго сливался с пустыми баночками в экстазе. Стало понятно, что подарить собачонку на день рождения.

Э.М. налаживает контакт с местной фауной

Гуляем во дворе. По дороге, выписывая немыслимые кренделя, несется стройная трехцветная кошка. Очевидно, что кошка — внучка Гарри Гудини. Она умудряется протиснутся сквозь прутья забора, проносится мимо и залетает на дерево. Церберы даже не успевают предвкусить радость. Они с удовольствием гоняются за чужими кошками.

Вслед за кошкой по дороге, выписывая не менее немыслимые кренделя, несется интеллигентного вида женщина в распахнутом пальто и с палкой в руке. Женщина останавливается возле нашего дома и начинает увещевать кошку: „Мици, Мици, дрянь ты этакая! Куда ты опять сбежала?“ Мици раскачивается и изображает из себя глухонемую птичку. Э.М. впускает женщину во двор. Мы обмениваемся пустыми фразами. Женщина изредка пытается подпихнуть бунтарку Мици палкой. Мици невозмутима.

Э.М. расхаживает вокруг женщины и совершенствует искусство общения:

— Холодно на улице.
— Да, холодно.
— Это потому, что снег шел.

Сообщив важную информацию, Э.М. удаляется на качели.

Как только женщина покидает наш двор, Мици повисает на ветке, падает на землю и уносится по своим делам, не забывая при это выписывать… да… немыслимые кренделя.

Про синеглазых предателей

Маленькой девочке похоже становится лучше. Вздремнули после обеда, обнявшись под теплым пледом. Проснулась в просторных хоромах одна. На дворе темно. Искала недолго. Обнаружила синеглазую предательницу в родительской спальной у папы под боком. Рядом храпели Екоторина Змеевна и Федор Иннокентьевич. Не долго думала, выпихнула наглую рыжую морду и взяла пример с одного знакомого O.: обвила собой мужа, и без того обвитого четырьмя эльфами.

Встали недавно. Чего бы покушать?

* * *
Я знаю, у меня в последнее время все некстати, но, божечки, до чего они сладкие, все мои пять эльфов и как я их люблю!

Die Nacht danach

На кухню гуськом зашли три серьезных поросенка по имени Мил-Мил, Тин-Тин и Ник-Ник, молча подхватили стул и потащили к двери. „Стоп! Куда?“ — живо заинтересовался Майк. Он любознателен. Поросята замахали руками, закрутили головами и одновременно загалдели, не выдавая однако цели похищения стула. „Стул остается здесь“, — решил Майк. Поросята понурились и поплелись вверх по лестнице. Мы не отставали. Поросята взволнованно перешептывались, но делали вид, что наше присутствие оставляет их хладнокровными.

В Милкиной комнате поросята развернули широкую архитектурную деятельность. Свалили на бок Михайло Потапыча, набросали вокруг него игрушек, приладили стульчики. Я только догадываюсь, что они строили Вавилонскую башню и мечтали добраться до светильника.

* * *
Новогоднюю ночь пережили. Собачата обзывались. Котенок Котя пребывал в глубоком обмороке. Котенок Федя похудел на десять грамм, бегая за фейерверками с одного подоконника на другой. Три поросенка глазели из окна и требовали романтической прогулки под дождем. Маленький пугался и плакал. Wir sind unartig gewesen. Quelle surprise.

Мама на нас наорала

                    ЭМИЛИAНА (глаза большие, грустные)
Папа, папа, мама на нас наорала.

                    МАЙКЛ
Наша мама? Не может быть…

                    КОСТЯ И НИКО (единый голос дрожит от обиды)
Наорала, наорала.

                    МАЙКЛ
Что же вы сделали?

                    ЭЛЬФЫ (ручонки прижаты к груди)
Ничего, папочка, совсем ничего.

* * *
Пока мама переодевала Бу-бу, эльфы занимались на кухне самодеятельностью. Уронили кувшин, разлили компот. Затаились. Забегали. На помощь пришел Орион. Он еще никогда не отказывался от бесплатной еды. Сразу объявились Котя с Федей. Из напитков они предпочитают только воду и сливки, но позлорадствовать всегда рады.

Эльфы разобрали рулон кухонной бумаги и аккуратно сложили сверху. Эльфы собрали все кухонные полотенца и аккуратно сложили сверху. Промокнули. На всякий случай утащили рулон туалетной бумаги и аккуратно сложили сверху. Своей инсталляцией эльфы остались недовольны. Принесли из гостиной мамину нарядную кофту и аккуратно положили сверху. Котя присела. Кофта поплыла. Все это произошло за несколько минут.

Мама собрала эльфов, выставила из кухни и сказала: „Идите, идите, идите в гостиную. И играйте там“. Эльфы дождались, когда вернется папа и пожаловались. Мама бы от этих врунишек ушла, но папа сейчас такой ласковый и делает маму невероятно счастливой.

Котя храпит, как пьяный мужик, на новом диване.

Уомбли (* 22.04.2012 — † 18.12.2015)

Преставился Уомбли, не вынес стресса плещущегося унитаза и переезда. Уомбли был отличным хомяком, хоть и с несовпадением национальной идентичности с приписанным при рождении хомячеством. Уомбли был белым шотландским вислоухим котом в теле рыжего хомяка. Уомбли безумно любил Катценбург.

Когда мы принесли его домой, Уомбли непостижимым образом сбежал прямо в лапы Катценбург. Катценбург от души развлеклась: бегала, прыгала, грызла Уомбли за нежные ушки, дергала за лапки, щекотала животик, заглядывала под хвостик. Уомбли никогда не обижался. Время от времени он выбирался из клетки и бежал — бежал навстречу Катценбург. Он очень любил катценбуржских детей. Если Уомбли не было в клетке, он сидел возле катценбуржских детей.

Беги по радуге, Уомбли! Эльфы тебя помнят и поминают яблочным пюре, а Катценбург от печали зассала и засрала всю новую гостиную.

Котята переезжают

При разборке мебели для переезда мы обнаружили по всей квартире бесконечное количество носков различных национальностей, которые злодейка Катценбург держала в заточении и принуждала к интимным отношениям. Большинство носков пребывало в тяжелом душевном состоянии и нуждалось в профессиональной психиатрической помощи. Носочная маньячкa не чувствовала за собой вины, старательно тырила жертвы из корзины и перепрятывала. Ругалась, выражалась, плевалась. В это время Рожаросса лазил по коробкам и драпировал себя на предметах обихода.

Что примечательно: так и не нашлись пропавшие кацавейка, штаны и унты. Воистину неисповедимы чудеса кошачьей технологии телепортации.

* * *
Когда подошел час икс, котята сказали: „Не с нами“, — и слились в четвертое кошачье измерение. Изловили. Запихнули в переноски. Федор Иннокентьевич сразу смирился с судьбой и прилег вздремнуть. Екоторина Змеевна принялась методично рушить стены, кидаться грудью на дверь, биться лбом о решетку и орать: „Свободу Тибету!“ Довезли. Выпустили. Котята растворились в воздухе.

* * *
В полночь на тропу войны вышли сивка и бурка. Поскакали, понеслись, загремели и затопали. Потолки помечены. Две вазы разбиты. Один носок похищен. В новом доме котятам понравилось.

Kostja & Kittylein

„Daddy, Kittylein hat in die Diele geschissen.“
„Selbstverständlich hat sie das. Sonst ist von Kittylein nichts zu erwarten.“
„Das ist nicht schön.“
„Nein, das ist nun wirklich nicht schön, Kostja, so ist aber Kittyleins beschissener Charakter.“
„Daddy, wir sollen Kittylein füttern, dann wird ihr warm ums Herz, und sie wird gutherzig sein.“

* * *
Костя и Киттибуша

Проблематика налаживания международного сотрудничества

Майк нынче нарасхват: его постоянно носит по свету, за что мы его осуждаем, не смотря на нашу корыстную любовь к свободно конвертируемым оргазмам валютам.

Вечерами по дивану скачут эльфы, коты и церберы, из глубин сей орды раздается мелодичное бу-бу-бу. У Майка не остается практически никакого шанса на покой, а у него еще есть я, а у меня начинается ангина. Пропал голос.

* * *
После упоительных водных заплывов и изнурительных сказочных спектаклей на ночь эльфы, коты и церберы засыпают. Мы пытаемся углубить наши дипломатические связи, однако непосредственно перед завершением процедуры достижения обоюдного консенсуса в коридоре раздаются топот ног, возмущенные вопли и стук в дверь. Неоднократный разрыв дипломатических отношений не способствует улучшению моего настроения. Хорошо, что мне присущи христианская кротость и добродетель. Я не ропщу и не сетую на постоянные прерывания переговоров, но при констатации успешных результатов дипломатического искусства не помогают ни звукоизоляция, ни стремление заглушить свой восторг. Заурядное желание близости превращается всякий раз в приключенческую эпопею под названием „Кто не кончил, я не виноват“. Остается только атриум.

Если нас арестуют за indecent exposure, прошу во всем винить Майка. Я — ангел. Чистый, невинный ангел.

В Задиванье. Котикам.

Здравствуйте, Котя и Федя!

Во-первых строках своего письма спешу вам сообщить, что унитаз течет и плещется. С полдевятого утра я бегаю по ремесленникам. Ждала больше часа. Дождалась самого шефа. Шеф меня обрадовал: забито не у нас, забита труба между этажами. Шеф удивляется, почему Женевьева с Минкой молчат, потому что если уплываем мы, они уже давно уплыли.

Родной мой Федя, я валяюсь в обмороке. Изредка прихожу в себя. Иммануэль сохраняет спокойствие. Орион любопытствует. Гетера смывает подарки. Арабские подростки чахнут. Новая коллега надулась тетраодоном.

В два часа у меня важная деловая встреча, которую я не могу отменить. Вылезай из Задиванья, свет мой Федя, не трусь. Утешь меня добрым словом.

Крепко пожимаю лапы,
ваша Линда

Über Herrn Albrecht

Сейчас забьюсь, гнусно захихикал унитаз в гостевом туалете — и забился. Он давно намекал на прекращение деловых отношений. Из взрослых мужчин дома были только Федор Иннокентьевич и я. Унитаз квакнул, Федор Иннокентьевич струхнул. Костя и Нико замахали крыльями и начали наперебой давать советы. Я помахала вантузом, плеснула дезинфекционного раствора и уничтожила полчища унитазной фауны. Унитаз взревел и издал в отместку неприличный звук. Вода поднялась. Я вычерпала воду, поникла духом и включила ноутбук. Следующие пятнадцать минут мы провели в беседах с приятной теплой водой. Безрезультатно. Унитаз глумился. Вода отказывалась от сотрудничества. На небе загорались звезды. В самолете переживал Майкл.

Когда медвежатам наскучил спектакль „Дульсинея сражается с санитарно-техническим приспособлением“, они уснули. Я прилегла рядом, но проснулась от веселого бульканья. От банкира с гетерой пришла посылка пленительного вида, запаха и консистенции. Банкир и гетера в припадке великодушия отправили посылку четыре раза. Вода превратились в смердящую жижу. Часы показывали полчетвертого. Я накинула куртку и пошла на третий этаж. Банкир открыл дверь в майке и трусах (наверное, хотел интенсифицировать наши соседские отношения). Я была мила и любезна. Банкир был груб и враждебен. Не могли бы вы не смывать по десять раз, ваше говно всплывает в моем унитазе, галантно попросила я. Нет, этому не бывать, я живу здесь восемь лет и еще ни разу не засорял унитаз, видите, я устал и хочу спать, гордо отчеканил банкир и отдал мне честь по-военному, хотя из достоверных источников известно, что в армии он ни дня не служил.

До полвосьмого я вычерпывала воду. Глаза слипались. Надежда таяла. Боги унитазов — увы! — меня не любят.

Боги ремесленников однако мне благоволят. Ко мне приходят исключительно чертовски красивые, высокие и приветливые ремесленники, такие как герр Альбрехт и его внук Томми, которые приехали в десять утра после звонка герра Шрёдера. Герр Альбрехт совсем не походил на дедушку. Он был моложав, обаятелен, умен и разговорчив. Скажите, вы — мой спаситель, спросила я у герра Альбрехта и описала рукой полукруг. Да, я — ваш спаситель, ответил герр Альбрехт и пожал своей грубой рукой мою руку. Это было честное, располагающее рукопожатие.

Герр Альбрехт проворно работал, задавал вопросы и рассказывал о себе. Он рано стал отцом и дедом, жил до знакомства с женой в Шверине и часто ездил по делам в Росток. Его дочь заболела и лежит в постели с тяжелой простудой, а жена занята, поэтому он привез с собой Томми. Томми — шесть лет. Один год (с двух до трех лет) он провел в больнице и плохо слышал на правое ухо. Томми молчалив и застенчив, но любит яблоки и кошек. Герр Альбрехт тщательно следит за языковым развитием своего внука. Один из его коллег — российский немец из Омска, у которого русский акцент, но не совсем русский, т.к. у российских немцев существует множество собственных диалектов. В школе герр Альбрехт учил русский и увлекался историей.

Честно сказать, мне совсем не хотелось отпускать герра Альбрехта, когда работа была сделала. Я давно не встречала такого восхитительного собеседника, но Томми наскучило общение с церберами.

* * *
Ну улице — снег. Мишка с медвежатами идут гулять. Да, Мишка уже приблудился :)

P.S. Посчитала, сколько раз я упомянула герра Альбрехта. Заметно, что он мне о-о-очень понравился?

On the Weekend

Всё пропало: три эльфа пошли в супермаркет с Кейт и Тео, обнаружили отдел рождественских сладостей, свалились на пол и включили сирену. Ни Кейт, ни Тео не состоят в профессиональном сообществе исследователей поведения эльфов и не являются соискателями степени доктора эволюционной эльфийской психологии. Три эльфа-профессионала сплотили силы добра, обаяли двух бесхитростных любителей и пришли домой с тремя пакетами праздничных лакомств и декораций.

Рябина наряжена, задорно подмигивает огоньками и сверкает новогодними шарами. Мы вернулись домой в воскресенье после обеда и застали врасплох церемониальное застолье, подозрительно похожее на Великий эльфийский карнавал без купания, но с сахарной оргией.

Кейт, Фрэнки и Тео были немного бледные, но счастливые. Три эльфа висели на занавесках. Федя сидел на люстре. Котя ходила по карнизу. По гостиной носились шесть лопоухих мини-церберов и один придурковатый цербер. Прилично вела себя, как всегда, только Найда.

* * *
Мы с Майком регулярно сбегаем от эльфов. Доброжелательная подколодная1 объяснила нам, что солидные отношения включают в себя не только постельные утехи, но и душевную близость. Мы возразили, что интимная близость коррелирует с душевной близостью, но она нас осадила, просветила, что такие взаимоотношения характеризуются инфантилизмом и велела „трудиться, трудиться и трудиться“, как завещали великие Фрейд, Юнг и де Сад.

Мы и трудимся. Улучшаем эффективность мышления. Повышаем общий уровень интеллекта. Покупаем мне красивые платья. Посещаем культурные мероприятия. Вносим свой посильный вклад в интенсификацию солидности отношений. Однако ближе к полночи миндалина неизменно побеждает префронтальную кору головного мозга, и все заканчивается оргазмами. Мы стыдимся, краснеем, доводим друг друга до изнеможения и каемся, но продолжаем вести инфантильный образ жизни.

* * *
В пятницу у нас не сложилось ни с интенсификацией, ни с оргазмами. Майка выкрали буквально из ресторана2, и я провела время за столиком с приятной незнакомой пожилой парой. Добрые люди меня веселили, угощали веганскими деликатесами и рассказывали о своих приключениях в Африке и Южной Америке. Не могу утверждать, что я шибко скучала по Майку. Только изредка вздыхала, поминая всуе слинявшие оргазмы.

* * *
Субботнюю ночь мы провели с Солнышком в новом доме, оставив трех эльфов на произвол Катценбург3.

В три ночи я выскочила в прихожую на шум — нарядная и торжественная4 — навстречу Майку, который оказался Крисом и совершенно неожиданно интенсифицировала наши деловые отношения. Совместила приятное с полезным. Мой девиз: „Не плошай и не теряйся“.

Воскресную ночь мы провели втроем5. Какая, однако, огромная разница между одним ребенком и четырьмя ;)

Воскресный вечер ознаменовали Великая сахарная оргия, хороводы вокруг рябины и песнопения. Когда мы наконец уедем, наши соседи наверняка устроят народные гулянья с горячительными напитками.

Из жизни шотландских кошек и масонов

В Екоторине Змеевне проснулась нежность. Она отлупила Федора Иннокентьевича, свалила его на спину и намылила пузо. Чтобы Федор Иннокентьевич не оказывал сопротивление, Екоторина Змеевна изредка давала ему по роже задней лапой, изворачивалась, кусалась и продолжала тщательно мыть и полоскать. Когда у Федора Иннокентьевича лопнуло терпение, он залез на верхний этаж кошачьего дерева и привычно распределил семь килограммов ценного рыжего меха в углу и на потолке по всем правилам симметрии и равновесия. Екоторина Змеевна последовала за Федором Иннокентьевичем и заняла менее выгодную позицию этажом ниже, затем приподнялась и замахнулась.

Пришли Женевьева с Минкой. Женевьева поздоровалась. Минка залетела на диван, запрыгнула на Майка, придавила его передними лапками и кокетливо улыбнулась. Майк погладил Минку.

Екоторина Змеевна свесила голову со своей наблюдательной вышки, злобно хмыкнула и скатилась вниз. Обычно она сидит наверху и воет на всю округу, как одинокий чупакабра в полнолуние, ожидая, когда ее снимут. Екоторина Змеевна запрыгнула на диван, выгнала Минку и принялась топтаться по Майку, как по лесной поляне. Сломала ему семнадцать ребер, обняла и ехидно прищурилась. Майк поднял Екоторину Змеевну, отцепил от футболки двадцать когтей, открутил хвост и посадил на пол. Екоторина Змеевна не замедлила на него вновь взгромоздиться, доломала оставшиеся ребра, сунула под нос белоснежный зад и прижалась в триумфе к груди.

Эмилиана схватилась за сердце: „Что? На моего… на  м о е г о  папу?! Как бы не так“. В сторону полетели книжка для раскрашивания и фломастеры. Эльфа облачилась в рыцарские доспехи и нанесла кошачьему захватчику сокрушительное поражение. Майк был покорен и зацелован. Справедливость восторжествовала.

Федор Иннокентьевич меж тем выспался и скрылся от любвеобильной супруги в четвертом кошачьем измерении. Мы с близнецами проводили досуг на кухне в изгнании. Солнышко возмущался в заточении и пытался с переменным успехом уползти-упрыгать.

Никто не знает, как переводится „бу-бу-бу-бу, бу-бу, бу-бу-бу, бу-бу-бу“?

Стрекоза и комариха

Ноябрь. Светит солнце. Цветет вишня. Поют перелетные катценбурги. К нам в гости залетела первая в этом году комариха. Пренеприятнейшая особа. Как только включаю ноутбук, начинает надо мной кружить и визгливо жужжать. Майком не питается из принципа. Образованная. Живет в симбиозе с молью. Когда загорается свет, исчезает и высылает вместо себя моль, которая делает вид, что комариха мне пригрезилась, угодливо машет крыльями и пытается загипнотизировать.

* * *
После обеда Екоторина Змеевна притащила в гостиную стрекозу. Стрекозу! Носилась с ней, как с писаной торбой. Хвасталась. Ловила и отпускала. Гоняла по паркету лапами. Бросалась на нее рельефным пузом. Загнала под диван и унеслась на балкон.

Мы с Федором Иннокентьевичем такое легкомысленное отношение к чужой жизни осудили. Федор Иннокентьевич извлек стрекозу из-под дивана, уселся возле нее и вздыхал. Федор Иннокентьевич в душе гуманист и одонатолог-любитель.

В ожидании св. Мартина

Екоторина Змеевна котонесса фон Катценбург проскользнула у Генри между ног и ринулась грациозным мамонтенком вниз по лестнице. «Катценбург, ты куда? Сейчас же вернись!» — возмущенно потребовала я, но котонесса не удостоила меня и взглядом.

Генри с церберами поправили шнурки на кроссовках, натянули поглубже капюшоны и ушли на пробежку. Котонесса уселась возле лужи и перевоплотилась в мраморное изваяние. Я изредка выглядывала из окна и предпринимала попытки наладить отношения, но котонесса карала меня надменным молчанием.

Через час вернулись Генри с церберами. «Катценбург, ты домой собираешься? Что ты на траве расселась? Жопу отморозишь», — участливо поинтересовался Генри. Котонесса повела плечом и явила хмурому небу умильную розовую пяточку.

Минут через пятнадцать вернулись из детского сада Крис с эльфами. «Ой, Китти гуляет. Привет, Китти», — радостно загалдели эльфы и кинулись к котонессе. Котонесса кинулась в противоположную сторону. Эльфы не падали духом. Котонесса носилась как угорелая. Эльфы разобиделись и исчезли в дверном проеме. Котонесса вернулась к заветной луже и перевоплотилась в мраморное изваяние. Дул ветер. Моросило.

Еще минут через пятнадцать вернулся с работы Майк. «Катценбург, что уши свесила? Жопу отморозила?» — медоточиво обратился катценбургофоб к катценбургу. Котонесса вспыхнула. Уши — ее ахиллесова пята1. У ее супруга великолепные рысьи уши-локаторы с кисточками. Котонессой овладела печаль по поводу ушей-конвертиков. В знак протеста котонесса высунула язык и пошевелила хвостом.

Еще минут через пятнадцать спустилась во двор я. Котонесса насторожилась и активировала механизм телепортации в четвертое кошачье измерение. Мы позабавились игрой в догонялки: сначала по часовой стрелке, потом против часовой стрелки, потом зигзагами, крестиками и ноликами. Когда котонесса набегалась, я схватила ее в охапку. Котонесса ухмыльнулась, напряглась, уперлась в меня и расписала куртку грязью по безмятежно голубому холсту.

Дома я обратилась к Майку с просьбой налить теплой воды и помыть котонессе лапы. Котонесса немедля встрепенулась, выпучила глаза, надула щеки, подпрыгнула, вырвалась из моих рук и помчалась. В тот же миг она наследила в прихожей, гостиной, кухне и двух коридорах. Затем развернулась и наследила в двух коридорах, кухне и гостиной. Пробежалась по креслу, по столику, по дивану. Спрыгнула в бункер, выскочила наружу и скрылась в свинарнике, где ее след затерялся.

С какой целью Екоторина Змеевна котонесса фон Катценбург сторожила лужу, известно одному лишь св. Мартину.
____________
1Обратите внимание на витиеватость стиля: уши — пята (прим. ред.)

How to Communicate Effectively

У моего хорошего знакомого недавно опять случился рецидив мизантропии. Он пообещал одной из психопаток детской площадки, что оторвет ей руки и засунет фотоаппарат в жопу, если она еще раз направит объектив в сторону его детей. Мой знакомый продемонстрировал при этом прогрессивный уровень владения нецензурного немецкого языка и придал своему обещанию элегантную лирическую форму. Я была дома. Настучали психопатки. Пришла в раздражение, подумала, остыла. Поцеловала, обняла, довела до оргазма. Новую площадку искать не стала, все равно скоро переедем. Знакомый улыбается, подбрасывает меня до стратосферы, охотно общается. Дети знакомого гуляют по округе, играют во дворе в футбол с охламонами, прыгают на трамплине, здороваются с солнышком, птичками, деревьями, готовятся к марафону с церберами и совершенствуют приемы рукопашного боя с котами. Все довольны, включая гениального фотографа с сиськами, любителя запостить чужие фоточки в личный бложик.

А вы суете свои фотоаппараты в лица незнакомых людей? а зачем? а почему вам не стыдно?

Oíche Shamhna shona daoibh!

Когда Цли Польти вышла на террасу, она увидела на перилах двух кошек: белую кошку в полосатых носках и рыжего кота в клетчатом берете. Рыжий кот курил сигару Cohiba. Белая кошка медленно крутила в лапе бокал коньяка Henri Dudognon. Коты смотрели в небо и оживленно спорили, обсуждая динамику изменения индекса Доу-Джонса.

Цли Польти почесала макушку. С чердака раздался шум.

Henry knows what happened then.

Co-latha breith sona dhut, Raibeart!

Роберту исполнилось 60 лет. Они с Мэри празднуют серебряную свадьбу. Роберт умный, добрый и справедливый. Описать его можно тремя словами (в идеальном значении): шотландец, католик, офицер. Я искренне считаю, что высшее достижение Роберта — это Майкл.

Майкл — точная копия Роберта. Он такой же хороший человек, достойный муж и заботливый отец. Он умеет любить, утешать и дарить счастье. Он не умеет сидеть без дела. Когда мы думаем о нашем будущем, мы хотим быть как Роберт и Мэри.

Пусть у них не будет забот. Пусть беда, болезнь и несчастья обходят стороной их дом.

* * *
Мы предложили медвежатам поздравить дедушку с бабушкой. Медвежата нарядились. Мы надули шарики. Медвежата захихикали, загалдели наперебой „Happy Birthday!“ и спели колыбельную. Дедушка умилился, бабушка смахнула слезу. Екоторина Змеевна сунула в экран вислоухую голову и поинтересовалась: „Мря?“ Федор Иннокентьевич запрыгнул на стол и продемонстрировал свои рыжие лохматые прелести. Найда и Орион вежливо помахали хвостами. Шесть лопоухих балбесов стащили на пол одеяло и скрылись.

* * *
Торжественный случай, принаряженные медвежата и грядущий День Всех Святых вдохновляли на подвиги, поэтому мы уехали в провинцию. К.В. встретил нас объятиями. Мы ответили ему поцелуями и пошли здороваться с друзьями: лошадками, коровками, осликом, доном Камилло, Агатой с козленком, курами, котами и собаками. Все очень радовались и только Гензель с Гретель шипели и обзывались.

* * *
К.В. сварил для нас картофельный суп с грибами, которые он собирал летом в лесу с Екоториной Змеевной и Арагоном. Мишке повезло больше всего: медвежата аккуратно сложили все грибы в его тарелку. Мы закусывали суп свежим хлебом с каштанами и грецкими орехами, хватали с тарелок кусочки теплого яблочного штруделя, запивали его сладким чаем и радовались жизни. Нас не испугал даже одноглазый черный Лю(цифер), забравшись на подоконник и грозно сверкнув единственным здоровым глазом из потустороннего ночного мира.

* * *
Вечером разоденемся голыми шотландскими воинами и пойдем нагонять страх на жителей соседней деревни. Если повезет, встретим ежика в тумане. Если оставите адрес, зайдем по дороге к вам :)

Satanael in Action

Вечером Майк назвал Катценбург white trash (белое отребье) и Сатанаэль. Утром Майка ждал ботинок полный жидкого золотого счастья. Мы думали, что ночью Екоторина Змеевна спит с короткими перерывами на совершение злодеяний, а она приобрела альпинистское снаряжение, покоряет снежные вершины шкафа для хранения обуви и сбрасывает в паркетное ущелье жертвы своей порочной любви. Мы подозреваем Федора Иннокентьевича в соучастии. Классический случай стокгольмского синдрома.

Я понимаю обиду Майка, но считаю, что зря он вспылил, обозвал Катценбург беложопой блядью и пообещал выкинуть в окно без парашюта, когда запускал в нее вторым ботинком. Катценбург — человек злопамятный. Сейчас она сидит в задиванном бункере, крепит аксельбант, точит когти и разрабатывает план военного нападения.

О вреде длительных командировок

Майкл тих и прекрасен. Часто вздыхает. Пока его не было дома, я занималась самодеятельностью, именуемой в простонародье ебаным католическим гуманизмом.

Во-первых, я нашла для медвежат новый детский сад. Поближе к дому и не такой дорогой; без обучения русскому языку, зато с музыкальным уклоном. Костеньке и Коленьке детский сад пришелся по душе. Пианино вечерами не затихает. Милочка в раздумьях, но уже поведала соратникам имена и биографии знакомых лошадок, попыталась пристроить Иммануэля, показала фотографии Коти с Федей, угостила печенками и поделилась с воспитательницами мыслями о временных финансовых затруднениях, в связи с которыми она оказалась в такой безутешной нищете.

Во-вторых, меня нашла христианская благотворительная организация, с которой я сотрудничаю всякий раз, как только Майкл потеряет бдительность. С конца ноября я буду вести семинары по проблемам прав человека в исламе для немцев и преподавать немецкий язык арабским подросткам. Сначала мне обещали афганских подростков, и я две недели копалась в книгах на персидском языке, заражая своим энтузиазмом Сашу, который хочет знать все сразу сейчас же. Потом мне подсунули арабских несовершеннолетних подростков, которые получают в Германии особый статус и разрешение на постоянное пребывание в стране.

Когда я покраснела и призналась, сколько мне будут платить, у Майкла перекосилось лицо. Майкл меркантилен. Его немного волнует будущее четверых медвежат. „Куда ты станешь девать моего сына, альтруистка?“ — злорадно поинтересовался Майкл и отстранил меня от себя. Я стеснительно захрюкала. (В здании располагаются три проекта: детская группа, подростковая группа, пенсионеры. Определю к пенсионерам, будет всегда под боком.)

В это время сын Майкла раскинул ручки, уперся головкой в одеяло, приподнял попу и попытался не то уползти, не то подпрыгнуть. На месте, по кругу. Огорчился, что ничего не получается и облобызал одеяло. Иммануэль не умеет лежать спокойно. Иммануэль торопится вырваться из колыбели. Он совершает плавательные движения, крутится и вертится. Он кряхтит, скрипит, пыхтит, закладывает в рот пальцы и издает такие звуки, что материнское драконье сердце подскакивает и тает. Его любимые собеседники — погремушки и коты. Когда Иммануэль видит своего папу, он визжит от радости.

Папа же Иммануэля отлучил меня от тела и выселил на другой конец дивана, реагирует исключительно на „Wanna fuck?“ и общается со мной посредством оргазмов, от чего я тоже становлюсь тихой и прекрасной. Часто вздыхаю.

心中

Когда я призналась, что в пятницу мы уезжаем на неделю к лошадкам и забираем с собой собак, Екоторина Змеевна и Федоp Иннокентьевич решили совершить японское ритуальное самоубийство двух влюбленных по договору.

Федор Иннокентьевич забрался на кошачье дерево, открутил там непостижимым образом конец сизалевой веревки, намотал на шею и попытался повеситься. Хорошо, что дома был Генри. Потолки высокие, я бы не достала. Генри освободил хрипящего Федора Иннокентьевича из петли. Федор Иннокентьевич в отместку эпилировал ему руку, сиганул по спине сначала на стол, потом на пол, перелез через диван и брякнулся в бункер, где упал в обморок и весь вечер находился под строгим наблюдением сестры Эмилианы в закрытом отделении эльфийской клиники.

В это время Екоторина Змеевна полезла на оконную сетку на кухне. Конструкция не выдержала веса хрупкого кошачьего тельца и рухнула. Екоторина Змеевна закрутилась в сетку, повисла на фасаде как мешок картошки и взвыла благим матом. Со страху я перелезла через диван, брякнулась в бункер и упала в обморок рядом с Федором Иннокентьевичем. Затем привела себя в сознание нюхательными солями и пошла искать Екоторину Змеевну по звуку. Я затащила орущую Екоторину Змеевну домой. Она сняла мне скальп и украсила плечо затейливыми орнаментами.

Рихард категорически отказался присматривать за горе-самоубийцами, поэтому я купила умильное клетчатое пальтишко и пошла к Женевьеве с Минкой. Гриффон Минка спокойно выслушала мою просьбу, надела пальтишко, перелезла через диван, брякнулась в бункер и упала в обморок. Женевьева принесла жертву каким-то свирепым богам и согласилась ежедневно навещать и подкармливать злодеев. Екоторина Змеевна и Федор Иннокентьевич организовали акцию кошачьего неповиновения и наблевали на мое любимое покрывало.

It Was All Done in the Name of Love

All that was sensitive and delicate, you attacked. All that was alive, you tried to smother.

Что общего у Федора Иннокентьевича и Максимилиана Теодоровича? Верно, спектакль „Осенняя соната“ по Ингмару Бергману.

You said my hair was too long and you had it cut short, it was hideous! Then you thought that I had crooked teeth, and you got me braces, I looked so grotesque! You would buy me books and I would read them and not understand them, and you would make me talk about them, and I would always be afraid that you would show up my stupidity.

В конце марта мы с Рихардом ходили в Немецкий театр на премьеру „Осенней сонаты“ с Коринной Харфух и Натальей Белицкой в главных ролях. Спектакль мне очень понравился, и я все хотела о нем написать, но находила занятия более интересные.

I’m seized by fear and see a horrible picture of myself. I have never grown up. My face and my body have aged. I acquire memories and experiences but inside all that I haven’t even been born. I can’t remember any faces not even my own.

Вчера я искала у Д. в журнале один, а нашла совершенно другой пост. Д. тоже ходила на „Осеннюю сонату“. Только на полгода раньше и в Москве. Спектакль ей понравился, и для меня отпала необходимость о нем писать. Д. сумела подобрать нужные слова.

The mother’s injuries are to be handed down to the daughter. The mother’s failures are to be paid for by the daughter. The mother’s unhappiness is to be the daughter’s unhappiness. It’s as if the umbilical cord had never been cut.

Сегодня я полезла на сайт Немецкого театра и случайно выяснила, что спектакль все еще можно посмотреть. Я сошла с ума и купила четыре предпоследних билета.

Are the daughter’s miseries the mother’s triumphs?

В воскресенье мы идем на „Осеннюю сонату“. Yay! А виноваты во всем Ф.И. и М.Т..

[Английский текст — цитаты Эвы и Шарлотты]

В преддверии Новой Эльфийской Эпохи

Федор Иннокентьевич — cat-superdad. Сижу возле коробок с книгами и перебираю старые письма. Рядом возле люльки пристроился Федор Иннокентьевич и поет, и мурлычет, и надрывается так, что аж уши на затылок съехали. Иммануэль спит. Екоторина Змеевна выглядывает из-за угла и ревнует.

К тому же Федор Иннокентьевич отъявленный негодяй и сладострастник. Просыпаюсь среди ночи, а он разлегся и взбивает своими лапами мою грудь в пышную белую пену. Я вспыхнула: „Что вы, сударь, вытворяете? Как вам не стыдно? Вы же женаты, а я замужем. Да если мой супруг узнает, он запустит вас в космос. Федор Иннокентьевич, Федор Иннокентьевич, Федька, козел ты рыжий…“

Федор Иннокентьевич лишь похотливо улыбается и налегает на меня лапами, как гребец на весла.

* * *
В Великой эльфийской ложе сегодня проводы. На фуршет подают конвертики из слоеного теста с яблоками (Apfeltaschen), экзотические фрукты и вишневый компот. Милочка рассказывает последние семейные саги. Глаза воспитательниц подернулись поволокой. Костя и Нико сияют лучезарными улыбками.

Два дикаря

Косте и Hико скоро три года. Характер портится на глазах.

Никому не нужны два упрямых поросенка отличных синеглазых эльфа с лохматыми головками? Любят гранат и пассифлорy. С удовольствием качаются на люстре и рисуют на обоях репродукции картин знаменитых художников эпохи Возрождения. Катаются на досуге на папе, дяде, кузене, собаках. Игнорируют маму. Показывают окружающим язык. Могут сутками сидеть на постели и орать „Мое!“. Предпочитают часами самостоятельно одеваться и орать „Я сам!“. Грозят Цветным Безымянным Зверушкам физической расправой, дразнятся и кусаются. Отличные мальчишки.

Вчера поймали Федьку, схватили его один за руки, другой за ноги, бросили в корзину и потащили в Задиванье. Ну, хорошо, Федька любит игру „Два дикаря жарят на вертеле дичь“, но что скажет по этому поводу ООН? Федька вырвался (неохотно, через полчаса), попросил политическое убежище в свинарникe, забился под одеяло. Нашли. Начали ловить через одеяло за руки, ноги, хвост, голову и уши. Ну, хорошо, Федьке нравилось, Федька довольно хихикал: мельтешил руками, отбивался ногами, махал хвостом, крутил головой и прятал уши, а потом разбежался и побежал, унося за собой одеяло, покрывало и простынь, но что по этому поводу скажет Гринпис?

Скоро я останусь с этими дикарями наедине, перестану писать множественные посты и забуду на долгое время о существовании ЖЖ *падает в обморок на ковер из белых чебурашек*

Grischa & Dom

Российские мужчины называют свои машины Ласточкой, Фунтиком, Малышкой, Бибикой, Вишенкой. Немецкая линда называет свою машину Гришей. И это логично.

На седьмое марта Мишка подарил мне новую машину, в которую помещается вся моя крохотная семья (включая Екоторину Змеевну на капоте и Федора Иннокентьевича на крыше). Машина, BMW X5, похожа в моем понятии на броненосец, поэтому я окрестила ее князем Потемкиным-Таврическим. Когда я привыкла и научилась управлять княжескими хрупкими двумя тоннами и пятью метрами, мы сблизились и стали закадычными друзьями. Сначала я величала его уважительно Григорием Александровичем, а потом он позволил обращаться к себя просто как к Григорию, Грише, Гришеньке. Мишка ревновал, но молчал.

Вчера мы на Грише с Мили, Эли и Орионом ездили навещать наш новый дом. Приехали, раскрыли рты и захлопали от восторга в ладоши: дом становится домом, в котором хочется жить. Внутри — не комнаты, а игрушки, снаружи — не главный фасад, а мечта романтика: идеально белый тон. Мы убедились, что деньги, которых „не хватило“ на детский сад, удачно вложены в подпольное отопление. Деревянное помещение с левого торца полностью разрушили, а на его месте построили просторный светлый зимний сад о трех окон (ничего не „маловат для зимнего сада“), с широким крыльцом и террасой на крыше. В новой удобной кухне, пристроенной к заднему фасаду, найдется достаточно места не только для всей моей крохотной семьи, но еще и нескольких десятков эльфов, охламонов и ангелов разных чинов. Стиральную комнату полностью оборудовали.

Похоже, что мы — и правда — будем справлять наше Второе Настоящее Рождествo с белками, барсуками, лисами, кабанами и оленями ;)

* * *
. Наблюдала, как здоровенные мужики застывают в ужасе, когда из броненосца выходит хмурый цербер.
. Умилялась высоте забора и испытывала сильные чувства к Мишке. А нельзя ли возвести забор с током?
. Возмущалась, что спилили еще одну яблоню „Ренет“. Пыталась броситься на амбразуру, шипела.
. Милочка низводила строителей. Строители робели. Один даже спрятался в туалетной кабине.
. Эли безмятежно дремал.

Охламоны взаимодействуют ‚with old people‘

Пришел с балкона Федька погреть свой мохнатый зад и заодно уничтожить мои наушники. Как только он плюхнулся на клавиатуру, изображение на дисплее перевернулось на девяносто градусов на бок. Я выключила ноутбук, включила, выключила, включила, обругала вредителя. Уж я-то головой вертела, туловище изгибала и плечи наклоняла, но читать все равно было адски неудобно.

Пришел с тренировки Генри, нажал три волшебные кнопки и вернул все в богоугодное положение.

Федьку репрессировала. Специалист вшивый.

* * *
— Я есть хочу.
— Ну и? Тебя грудью накормить?
— Igitt. Sag doch sowas nicht. Где вареники?
— В морозильной камере.
— Что они там делают?
— Греются.

* * *
— Ты заметил, если оставить чай мате до утра, то он оксидирует и превращается из идеально салатового в болотно-зеленый.
— На вкусе это впрочем никак не отражается. Вкус остается таким же непревзойденно мерзким.
— Добавь молоко и сахар.
— Почему не кефир и мед?

* * *
— Ты футболку задом-наперед надела.
— Так было задумано. Она с безмерным вырезом. Каждый раз, когда я наклоняюсь, грудь обнажается сразу до колен.
— Понимаю. Если надеть футболку задом-наперед, то до подколенных впадин обнажится только спина. А если вывернуть футболку шиворот-навыворот, то будет виден ярлык. Это еще больше смутит людей и поставит их в затруднительное положение.

Бедные как церковные мыши

Синеглазая девочка Mилочка, father’s daughter, grandfather’s granddaughter, Uropas Urenkelin, потерла нос, почесала подбородок, сложила ручки, скрестила ножки и призналась после обеда в Великой эльфийской ложе:

— Мама с папой бедные как церковные мыши. На детский сад денег нет, поэтому мы переезжаем в новый дом. Папа уедет. Нас посетили полицейские, которые другие, не полицейские. Дом маленький. Прихожая маленькая. Кухня маленькая. Гостиная маленькая. Моя комната маленькая. Двор большой. Во дворе живут белки. По дороге ходят дикие звери. У нас есть облепиха, рябины, тополя, березки, но одну из березок спилили, потому что она росла возле окна, но не моего окна, а на кухне. От березки остался пень, а на нем — роза, но не настоящая, а деревянная. Куки и Дейзи с нами не поедут, потому что они чужие. Китти и Фриц с нами не поедут, потому что у папы лопнуло терпение, и мы останемся без кошек. Совсем, совсем без кошек, но с собаками. У нас живут щенки, но мы их отдадим, когда они вырастут. Банни и Тадль поедут с нами, и Уомбли, и Оскар, и рыбки. Костя и Нико скорей всего поедут с нами, а Эли заберет к себе Северин. У него живут лошадки. Много, мно-о-о-ого лошадок.

Воспитательницы переглянулись и решили уточнить у родителей их социальный статус, семейное положение и годовой доход. Мама покраснела. Папа смутился. Воспитательницы возбудились. Милочка захихикала и запрыгала по дорожке лягушонком.

Милочке передался по наследству от папы редкий талант свободной интерпретации действительности, который ему передался по наследству от папы, который…

Serendipity

СЛУЧАЙНО ВЫЯСНИЛОСЬ, ЧТО ПОСЛЕ aпокалипсиса в живых останутся тараканы, охламоны, Зоэ и Федьа.

В холодильнике с допотопных времен стояла упаковка соевого йогурта. Вчера она внезапно пропала.

— Генри, куда пропал соевый йогурт?
— Мы его съели.
— Как это — съели?
— Так это. Открыли крышку, понюхали, попробовали и съели.
— Дураки, что ли?
— Ничего не дураки. Он вкусный. Мы добавили замороженную чернику, кленовый сироп и йогурт. Запихнули в миксер, взбили. Получился frozen yogurt. У меня немного осталось. Хочешь?
— (вздыхая) Нет, спасибо.
— (вдогонку) А-а-а, уже не осталось. Федька съел.

В этот момент из свинарника моего племянника вышел облизывающийся Федор Иннокентьевич, кивнул головой и поплелся в Задиванье.

* * *
Кроме того в холодильнике стоял бокал с Чем-то. Нижний слой Чего-то был похож на малиновое пюре, а верхний — на кокосовое молоко. Затрудняюсь ответить, что плавало посередине. Пару раз я интересовалась у жителей Эльфийской республики, кто взращивает в холодильнике пенициллин, но никто не признавался. Несколько дней спустя стремительное развитие Чего-то привело к возникновению первых гетеротрофов. Я с минуты на минуту ждала, когда Что-то покинет родную среду первичного бульона, вежливо приподнимет шляпу и уйдет искать свое место под солнцем во враждебном мире По Ту Сторону Двери.

(Вздыхая.) Да, выпили. Сделали смузи и выпили.

Я начинаю понимать, почему Рихард постоянно вздыхает.

* * *
И пока мы с Сашей читали в гостиной по слогам ra’s tannu:ra al-ğaza:’ir maği:d, Генри c Зоэ хлебнули газировки и устроили competitive belching. Эльфы, конечно же, насторожились, бросили игрушки и убежали в свинарник.

Зоэ честно победила. Мы все ее обожаем.

P.S. Нашла в коробке с книгами… бутылку розовой воды, срок годности которой вышел 05.09.2005. Генри предлагает свои услуги по дегустации.

Say Cheese!

НЕДАЛЕКО ОТ НАШЕГО ДОМА — пустырь, на котором буйствуют одуванчики, трава и деревья. На пустыре коты обычно закапывают органические удобрения, а соседка собирает грибы.

Недавно на этом пустыре материализовалась толпа не то североафриканцев, не то персов. Толпа состоит человек из десяти. На невесте (я предполагаю, что это невеста) — белый свободный балахон с капюшоном, подол которого обшит зеленой лентой; еще две зеленые ленты прикреплены вдоль застежки, их концы перекрещиваются между лопаток и опускаются на спину. Подруга невесты предпочла элегантное полупрозрачное платье. Мужчины облачены в костюмы. Один из них зеленеет на всю округу своей рубахой. Наверное, с целью распространения доброжелательной атмосферы среди свадебной толпы (я предполагаю, что это свадьба).

На краю пустыря возвышается разрушенная стена. На стене сидит Куки (я предполагаю, что это Куки) и создает помпезный фон: то лапу до облаков задерет, то уши сполоснет, то хвостом помашет. Свадебная толпа проводит фотосессию.

Мне уже минут пять как названивает Майк, а я не слышу, потому что стою за шторой с чашкой, ем арбуз и партизаню. Нет, не подумайте, что из праздного любопытства. В такие моменты во мне просыпается этнолог и шепчет про гранит науки.

В доме напротив один из ангелов уже минут двадцать как моет небольшое окно и делает вид, что он-то не партизанит.

Катценбург скачет по подоконнику и требует кулинарных пожертвований.

Вечером пойдем гулять и подробнее расспросим Куки.

Elves‘ Law

ЭЛЬФИЙСКИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЕ ОРГАНЫ ПРИНЯЛИ постановление объявить седьмое сентября официальным Днем хаоса *standing ovations*

Вчера у нас в квартире

. отключилось электричество
. я успешно (хе-хе) перезагрузила телевизор
. потек кран в ванной в спальной комнате
. сорвался кран на кухне
. я поставила на плиту кастрюлю с пастой и успешно про нее забыла
. забился унитаз в гостевом туалете, но Костя и Нико оказали компетентную помощь в подборе инструментов для чистки канализационных труб
. котя Китти сиганула с кошачьего дерева на книжную полку (полка отвалилась)
. кот Фриц от расстройства тут же наблевал на роман Маргарет Митчелл „Унесенные ветром“
. Найда пребывала в плаксивом настроении, ей в ближайшее время рожать
. Орион прочитал от корки до корки исторический роман Аланa Саваджа „Могол“ про честного, великодушного английского джентльмена, которому зазорно насиловать маленькую индийскую девочку, но он пересиливает свою гордость и с отвагой превосходит самого себя (в романе много таких джентльменов, все жутко милые)
. два критика чистого разума провели тщательный анализ и интерпретацию моих заметок и подытожили: аббревиатуры — и-хи-хи, содержание — и-хи-хи, внутренняя логика — а-ха-ха

— А кто играл на обложке в крестики-нолики?
— Я играла.
— И умудрилась два раза проиграть?
— Да. Я была достойным противником.

. северный ветер принес с балкона Милку. Милка бегала по гостиной кругами и орала, и вопила, и махала руками, и топала ногами, и вертелась, и вертелась, и вертелась. Мое сердце рухнуло в пятки. Котя Китти запрыгнула на стол, остановила юлу, твердо положив свою лапу на ее плечо, аккуратно сняла с плеча богомола и ушла хрустеть в Задиванье. Мое сердце вернулось в грудную клетку. Юла рассмеялась и моментально забыла про ужасы Ночного Балкона.

Рабочий день Майка был не менее плодотворным. По дороге на работу у него заглохла машина. Домой он пришел в полдвенадцатого.

Но я не жалуюсь, нет. Телевизор уже наладился.

Hipp, hipp, hurra! *standing ovations, в хрустальных фужерах искрится вишневый компот*

Как мы с Муськой в банк ходили

ГОСТИМ У МАМЫ. МЕНЯ всю ночь троллила Кошацка. Пишу жалобы в ООН. Пушель хихикает.

* * *
По традиции ходила утром в банк. Встретила соседскую красавицу Муську. Позвала, поздоровалась, погладила. Муська задрала хвост и включила тарахтелку. Так и шли: cправа я, слева Муська, спереди солнце, сзади луна. Что, лето кончилось? Где наши идеальные восходы в четыре утра?

Пока я плясала в банке, Муська терпеливо ждала меня на улице. Домой пришли вдвоем. По дороге судачили о Катценбург. Кошацка и Пушель злобно пыхтели возле двери и схватились за сердце, когда увидели, как я выношу на площадку баночку тунцового паштета. Дабы избежать вендетты, уезжаем днем в провинцию. В провинции нас ждут четыре щенка (дети Майи и Арагона, племянники Найды и Ориона, Мишкины внуки — хаха).

* * *
Синоптики обещают тропики.

* * *
Куда же так быстро летит время?

Schrödingers Dilemma

Я ПОДОШЛА К КОРОБКЕ и строго спросила: „Мяу?“ В коробке зашуршал невидимый житель и злобно ответил: „Ш-ш-ш!“ Так я поняла, что кот Шредингера жив и состоит в родстве с Екоториной Змеевной.

Мили, Милка, Милки Вей объясняет папе, как устроен мир

МОРКОВНЫЙ СУП С МАННЫМИ клецками и шариками авокадо, гратен из брокколи и кольраби с жареным луком и красным болгарским перцем, кофейный бисквит по рецепту моей бабушки, белые персики, лесной мед и взбитые сливки на ужин.

Синеглазая девочка с двумя хвостиками лежит на батутe возле папы и объясняет ему внутреннее строение мира:

— И это, и это я, и это я, и это тоже я. Я — все звезды Млечного Пути. Меня охраняет Бог, потому что я красивая девочка.
— Верно. Но где же звезды? Вместо звезд мне видно лишь лазоревое небо, покрытое облаками.
— (нетерпеливо) Папа, ты не видишь звезды, потому что они спрятались за облаками и укрылись небом. Как покрывалом. Звезды вечером спят. А когда ты уснешь, небо станет рождественским, черным, звезды проснутся и будут светить в мое окошко, чтобы я не грустила.

— А когда во время дождя солнце, которое находится у тебя за спиной, освещает капли, которые ты видишь перед собой, в них преломляется свет, и появляется радуга. Полоска за полоской: красная, оранжевая, желтая, зеленая…
— (машет руками, перебивает) Нет, нет, нет. Папа, это не так. Радуга — это мост. Под мостом голубые озера. В озерах плавают рыбы. Над озерами летают птицы. Когда радуга хочет пить, она пьет воду из голубых озер. Когда ей грустно, она плачет и тогда на улице много луж. По радуге Фрицхен ходит к Китти в гости. Китти живет в большом доме. У нее есть карамельки, печенки, конфетки, коржики, тортики, пирожные, кексы, мороженое, варенье и шоколадки. Китти угощает Фрицхена, а он собирает все лакомства в корзинку, относит к радуге и раздает малышам.

У меня на глаза наворачиваются слезы, я качаю коляску и задумчиво смотрю в небо, под покровом которого дремлют звезды. Папа синеглазой девочки с двумя хвостиками вздыхает, прижимает ее к себе и не спорит, потому что понимает, что девочка совершенно права.

Екоторина Змеевна становится религиозной

ЕКОТОРИНА ЗМЕЕВНА ОТКРЫЛА ДЛЯ себя католицизм, сперев у К.В. со столика розарий. Потрогала бусинки, погладила крестик. Кварцевые бусинки переливаются розовым цветом и нежно шелестят, серебряный крестик тускло светится — irresistible для кошки-сороки. Thought. Done. Е.З. подтянула к себе розарий, поигралась, подумала, сбросила на пол, подцепила зубами и утащила в укромное место.

Е.З. изучает виды тайн, читает евангелия и повторяет молитвы. К.В. регулярно находит розарий в самых неожиданных местах и возвращает на прикроватный столик лишь для того, чтобы утром обнаружить его пропажу.

Федор Иннокентьевич не разделяет страсть рьяной Е.З.: гордится своей внешностью, чревоугодничает лягушками и прелюбодействует. Пятый день пропадает у любовниц. По осени в провинции с деревьев упадут желтые листья и распустятся пушистые рыжие коты.

Екоторина Змеевна отдыхает

КАТЦЕНБУРГ НЕ СРАЗУ ПОНЯЛА, что стала помещицей. Сначала ей показалось, что ее бросили на произвол судьбы. Привезли и бросили. Катцербург страшно обиделась и поинтересовалась у Константина Викторовича: „Мяу?“ К.В. Катценбург не понял, поэтому предложил куриную грудку. Катценбург сглотнула куриную грудку, помылась и еще раз уточнила: „Мяу?“ К.В. подумал, что Катценбург не наелась и предложил рыбное филе. Катценбург сглотнула рыбное филе, помылась и в третий раз спросила: „Мяу?“

Не дождавшись ответа, Катценбург вышла в прихожую и разыграла известный кошачий спектакль „Четыре кота Апокалипсиса“: свалила все, что могла, запрудила все, что получилось, погрызла все, что достала. На прощание огрызнулась и убежала к мужикам на пруд. На пруду Катценбург нажралась лягушек, вернулась домой и устроила вторую египетскую казнь.

К.В. немного расстроился, устранил последствия второй египетской казни и лег спать. Под кроватью вдруг зашуршало, захрустело и загремело. К.В. наклонился и посмотрел под кровать. Под кроватью никого не было, но К.В. успел заметить, как в двери мелькнул и пропал белый пушистый хвост. К.В. вздохнул и еще раз попробовал свою удачу. Едва он прикрыл глаза, как под кроватью вновь зашуршало, захрустело и загремело. К.В. наклонился и посмотрел под кровать с другой стороны. Под кроватью все еще никого не было и даже больше: под кроватью не было ничего, чем можно было бы объяснить убаюкивающие звуки. Пол под кроватью блистал отсутствием пыли, пакетиков или слюды.

Уставший К.В. поднялся и закрыл дверь. В дверь немедленно постучались. В дверь начали скрестись и бить лапой. За дверью гневно спросили: „Мяу?“ Вскоре за дверью раздался такой вой, что черти в преисподней перекрестились и полезли со страху в шкаф.

К.В. приоткрыл дверь. В комнату вошла Катценбург, поправила ангельский нимб, залезла на подушку, ополоснулась и задремала.

В пять утра Катценбург захотелось покушать, поэтому она повторила вчерашний спектакль.

После завтрака Катценбург временно смирилась с судьбой, замоталась в белую простыню, свалилась на пол, подпрыгнула, кувыркнулась, взвизгнула и понеслась сначала по дому, затем по двору.

В полдень Катценбург возжаждала развлечений и отправилась троллить куриц. Села возле белого цыпленка, потрогала его лапой, похлопала по затылку, потрепала за щеки. Цыпленку такое пренебрежительное обращение не понравилось, и он пожаловался маме. До обеда курицы гоняли Катценбург по поместью.

Плотно пообедав, Катценбург решила полежать на крыльце и помучиться судьбами мира. До ужина оставалось четыре часа.

В провинции — жара

ПОГОДЫ НЫНЧЕ СТОЯТ ФАНТАСМАГОРИЧЕСКИЕ: днем — сорок градусов, адское солнце, ни малейшего дуновения ветра; вечером — тридцать градусов, яростный ветер, потоп, гром и молния раскалывают небесное зеркало в микроскопические осколки; утром — двадцать градусов, бешеный ветер, пасмурное небо, духота. Круговорот жары в природе. Миграция тропиков в Германию.

Мы собрали медвежат, котов, церберов, упаковали гостей и поехали в провинцию справлять дни рождения Константина Викторовича и Анны Рихардовны. 86 лет и 13 лет, respectively.

Праздничное меню

Game of Nests

ТЫ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО БЛИНЧИКИ удались, если первые миллионы блинчиков пропали без вести в мистическом Блинном треугольнике между сковородой, тарелкой и жителем эльфийского королевства. Nothing is rotten, everything is noble, and innocent, and sweet в эльфийском королевстве, если рты, щеки и руки жителей измазаны шоколадом, а рожицы сияют улыбками.

***
Случайно прочитала рецепт котлет с гречневой кашей. Что вижу, то алкаю. Сегодня жители эльфийского королевства пируют перцем, фаршированным рисом с миндалем, котлетами с жареным луком и помидорами, гречневой кашей с грибами, абрикосовым пирогом с фисташками и вишневым компотом.

***
Смотрим с Котей и Федей „Игру гнезд“, новый драматический сериал в жанре фэнтези. Действие сериала, которое начинается ранним июльским утром, происходит в мифической небесной долине, раскинувшейся между тремя дубами. Одна из главных сюжетных линий сериала посвящена кровавой войне двух враждующих врановых семейств — Рейвенов и Мегпайев. Древнее семейство Рейвенов противостоит злокозненным самозванцам Мегпайям. Мегпайи стрекочут. Рейвены каркают. В этот момент на экране окна появляются фантастические существа церберы. Церберы волнуются, но сохраняют нейтралитет: уселись под дубом, задрали головы.

Корень дуба охраняет нищий кошачий орден Дневной Дозор во главе с комендантшей Куки Кэт, пост которой тайно мечтает занять коварный трансвестит Дейзи Дэнт<.

На западе эльфийского королевства в изгнании процветает семейство Риччиo, не претендующее на Гнездо. Глава семейства Риччио, Петруччо Риччио, вывел в этом году трех ежат.

Пора в путь-дорогу

СОБРАЛИ ПРИДАНОЕ, РАЗДАЛИ ФЕДЮШАТ. Я ревела, медвежата орали, Котя блевала в гостиной, Федя жевал на балконе третий цветок настурции. На прощание подергала юных Катценбургов-Рожаросс за лапки, поцеловала в животики и прочитала на всякий случай короткую молитву египетской богине Бастет.

Пожелайте нашим друзьям крепкого здоровья, неиссякаемой жизненной энергии, стальной силы воли, кротости, покорности и смирения. Федюшата достойные дети своих родителей *крестится по-разному и шепчет: בָּרוּךְ אַתָּה אֲדנָי אֱלהֵינוּ מֶלֶךְ הָעוֹלָם*

***
Биографии родителей

Elves as Folk

НА ЗАВТРАК ТРИ МЕДВЕЖОНКА скушали бутерброд с сыром и бутерброд с ветчиной, похрустели молоденькими огурцами, болгарским перцем и помидорами, выпили смузи из киви, груши и ананасового сока, сердечно попрощались с собаками, помахали рукой котам, показали язык нам с Солнышком и ушли в детский сад.

***
Мишка научил медвежат ездить на велосипеде. Коты-гедонисты, любители утонченных наслаждений, которые пользуются услугами кошачьего борделя под вечнозелеными, нынче терзаются сердечными муками и просветляются душой.

Медвежата гоняются за котами. Велосипеды подпрыгивают на кочках, скрипят на поворотах, вылетают в кювет. Коты носятся как угорелые, взлетают на деревья, падают с веток на землю, ныряют в заросли лаванды, чабреца и мяты. Среди любителей игры Cowboys and Indians… не то… Elves and Cats отличительной темпераментностью выделяются одалиска Куки Кэт, трансвестит Дейзи Дэнт, серый кот, рыжий кот и черный кот с белыми пятнами.

Котя и Федя презрительно выглядывают в окно. От переживаний Котя золотит книжку „I Can Read Hebrew“, а Федя блюет в прихожей. Пока я трясу перед Котей путевкой в Хацерим, Федя предусмотрительно скрывается в Задиванье. The same procedure as every year.

[Апдейт. Не особо-то Котя страшилась поездки в Израиль: сидит в прихожей, вытаскивает из шторы цепочку и смотрит на меня честными желтыми глазами.]

***
Жизнь синеглазых медвежат полна коварных фруктов. Не успели медвежата приручить гранат, как клиент подарил Мишке корзинку полную золотистых новозеландских киви и спелых доминиканских страстоцветов.

В силу того, что жизнь зеленоглазых лингвистов тоже полна коварных фруктов, я срочно ищу опытного переводчика с индейского языка тупи-гуарани на русский, который смог бы правильно определить род и просклонять существительное „маракуйя“.

***
Киви: чистить или резать — риторический вопрос Гермеса, вечный вопрос Гретхен, предмет древних философских дискурсов.

Хитрой Милочке очень хочется почистить киви, но если неочищенный плод разрезать посередине, то получаются две чашечки, а из чашечек приятно доставать ложечкой ароматную мякоть, пыхтеть и выпивать сок.

***
Коленька — прирожденный ценитель страстоцветов. Коленька достиг той непринужденной элегантности, которая присуща истинному ценителю страстоцветов. Коленька аккуратно вынимает из „чашечки“ сочные семечки, облизывает, обсасывает и складывает безупречно отшлифованные семечки в Мишкину ладонь.

Если у Мишки не изъять вовремя отшлифованные семечки, то скоро за домом будет заложена первая немецкая плантация страстоцветов.

***
Любимый диван вдруг заметно расширился. Мы ушли в нирвану и ведем целомудренный образ жизни, что нам несвойственно. Мишка стал застенчивым, носит в постели футболки, декламирует „I Wish to Walk in the Rose Garden“ и отказывает мне в святом эльфийском праве лицезрения обнаженного мужа.

Мишкину неприступность мне приходится компенсировать спортом. Я веду себя исключительно хладнокровно: запрыгиваю Мишке на руки, запрыгиваю на Мишкину спину, кусаю, обнимаю, кокетничаю. Мишка вздыхает и скучает по моему животу.

***
В ответ на вопрос „А где мамин круглый живот?“ Милочка берет Криса за руку, отводит в Совиное гнездо и поясняет, небрежно ткнув пальцем в Солнышко: „Вот он — спит. Ну все, пошли“.

***
Женевьева и Минка познакомились с Солнышком, прочувствовались и подарили нам батут. Мы переехали жить во двор.

Two Weeks

ЯСНОМУ СОЛНЫШКУ, РАЙСКОЙ БАБОЧКЕ, нашему ненаглядному счастью две недели. Солнышко весит три килограмма. Его рост составляет пятьдесят сантиметров. У Солнышка потешная головка и хрупкое трогательное тельце. Солнышко, наше солнышко. Лучистое, благоуханное, прозрачное.

Солнышку нравится солнечный свет и теплые прикосновения. Солнышко почти незаметно улыбается ангелам. Солнышко чирикает, лепечет, сопит и вздыхает.

Сумасшедшие родители Солнышка до безумия зацеловали его роднички и пересчитали пальчики. Солнышко не противится. Солнышко lalaкает нараспев. Милочка брезгливо касается пяточки Солнышка и уточняет: „Спит, что ли? Опять, что ли?“ Костенька дует на животик, Коленька ловит ножки. Найда от треволнений даже не ходит во двор здороваться с прохожими. Спит возле кроватки, охраняет безмятежный младенческий сон. Орион охраняет Найду и привыкает к своему новому подопечному.

Свободное ото сна и удовлетворения гастрономических потребностей время Солнышко проводит у папы на груди или у мамы под боком. У папы Солнышка разыгрались гормоны. Папа Солнышка щебечет звонче сына. Мама Солнышка круглосуточно хрюкает от умиления. Таково влияние новорожденного Солнышка на выработку окситоцина в родительских организмах.

***
Удивительно с какой скоростью человеки интегрируют маленьких ангелов в свое общество. За две недели пребывания на Земле маленький ангел зарегистрировался в ЗАГСе и в паспортном столе по месту жительства, получил полис медицинского страхования и заключил «Накопительное страхование детей». Маленький ангел полноправный гражданин трех государств.

***
Eli has Scottish, German, Russian, Ashkenazi Jewish, and a smaller amount of Irish ancestry. His maternal second great-grandfather was of Italian descent. Many of his ethnic German, Italian and Jewish ancestors lived in Russia or Central Asia.

Eli is US and German citizen by birth. According to UK law he has UK citizenship by descent.

Eli was born into Roman Catholic faith.

We all love him fervently. We work out our hearts for him.

Про Омиляйн и Дейзиляйн

НА ВЫХОДНЫХ ПО ДВОРУ носятся три синеглазых эльфа, два 16-летних дебила, два цербера и монстр в кошачьей шкуре по имени Куки Кэт. Предводительствует синеглазая Милочка. Она трясет желтым пакетиком с подушечками и бегает за Куки Кэт, причитая: „Куки, Кукиляйн, Кукиляйнхен, иди сюда, скушай подушечку. Кукиляйнхен, пожалуйста. Кукиляйнхен, прошу тебя, скушай подушечку“. Кукиляйнхен вытаращила глаза и удирает, демонстрируя в беге идеально круглые, не присущие кукиляйнхенам органы. 16-летние дебилы ржут: „Милочка, это не Куки“. Милочка не расстраивается и угощает нового знакомого заветным лакомством: „Дейзи, Дейзиляйн, Дейзиляйнхен, не бойся. Скушай подушечку. Дейзиляйн“. Дейзиляйн отчаянно просачивается через решетку забора и скрывается в соседском саду. Милочка расстраивается. Но не надолго.

***
На Милочке надето голубое платье, белые гольфы и красные сапожки. Папочка Милочки утверждает, что у Милочки индивидуальный стиль, и он всего лишь подчинялся распоряжениям, помогая ей одеваться.

***
Приехала ома, оценила младенца: „Твой ребенок. Вылитый ты. Ямочки не щечках. Веснушки. Зеленые глаза“. Я посмотрела на голубые глаза младенца и умилилась.

***
Ома не приехала без подарков. Ома привезла с собой контейнер вязаных вещей: зверушек, голубое платье для Милочки, свитеры для близнецов, распашонки, штанишки, шапочки, крестильную батистовую рубашечку с вышивкой, пинетки с кружевами и розарий для Солнышка. Крестильный набор — безупречно белый, всё остальное — таких нелепых цветов и орнаментов, что захватывает дух и рябит в глазах.

В нашей семье не принято останавливаться на достигнутом, поэтому после оминого визита по дому расхаживают два цербера и пять котов в элегантных вязаных комбинезонах. Екоторина Змеевна и Джинджер сидят в Задиванье и обзываются.

Котята научились тарахтеть и обзываться. Тарахтение — папино, оскорбления — мамины.

***
Перед отъездом ома сделала Зимний салат, сварила вкуснейший борщ с говядиной и приготовила холодец. Как только ома уехала, мы раздали борщ и холодец друзьям. Друзья обожают нашу ому и жалуются, что она редко приезжает.

Зимний салат исчез через три секунды. 16-летние дебилы очень любят Зимний салат à la Oma.

***
Медвежата в детском саду. Мишка колдует на кухне. Я пялюсь на Солнышко. Солнышко чирикает.

…и снизошел на апостолов Святой Дух

И РАЗВЕРЗЛИСЬ ХЛЯБИ НЕБЕСНЫЕ над Иерусалимом, и снизошел на апостолов Святой Дух, а на меня – неведомая доселе жажда деятельности.

Сделала я три дюжины лепешек, беглы с яйцами, бейглы с черникой, бейглы с чесноком и сливочным маслом; налепила вареники с вишней, вареники с творогом, вареники с тушеной капустой, вареники с картошкой и золотистым луком, вареники с деревенским сыром и травами. Заморозила.

Испекла сладкую фруктовую халу с грушами, финиками и изюмом. Безжалостно порубила овощи и фрукты на салаты. Сунула голову в холодильник.

В холодильнике обнаружились: картофель, моркофель, сельдерей, лук, помидоры, вареная красная фасоль, овощной бульон, арахисовое масло, чеснок, соль, кайенский перец, кориандр и петрушка. Получился отличный суп.

Нет, конечно же, я бы не справилась с работой без помощи трех медвежат, трех поросят, трех эльфов, двух собак и семерых котиков. Котикам — особая благодарность. Без котиков — армагеддон и апокалипсис.

Пришла в гостиную, плюхнулась на диван возле Мишки и вежливо поинтересовалась: „Чё приперся?“ Я придерживаюсь суровых нравов.

Мишка (прекрасный до нельзя: в йодовой рубашке, йодовом костюме, йодовых ботинках) только приперся с работы и был взят в плен вышеупомянутыми медвежатами, поросятами, эльфами, котами и собаками.

***
Маленькая девочка сидит на папе, обрывает ему уши и ласково нашептывает:

„Папа, папочка, папусечка, но я же тебя люблю. Люблю тебя всем сердцем“.

Немного опасаюсь за Мишкины уши. Но с маленькой девочкой не поспоришь.

Про собачат и федюшат

КОГДА Я ОТКРЫЛА ДВЕРЬ, домой зашли четыре эльфа, две собаки и неизвестная трехцветная кошка.

У кошки была маленькая голова с рыжим носом, аккуратные черные ушки, тонкая талия, бесконечные ноги и лисий хвост. „Мама, это Куки, — познакомила меня с кошкой Эден. — Куки хочет кушать“. Куки сдержанно кивнула головой, распушила роскошный хвост и затарахтела. Федя грозно сказал „ш-ш-ш“ и полез спасаться на дерево, Котя нахмурилась. Куки сунула голову по самые плечи в миску с сухим кормом. Из миски раздались жадные чавканье и рычание. Я закрыла дверь в гостиную. В щели под дверью моментально возникли две пары злобных глаз.

Накушавшись, Куки разведала обстановку в прихожей. Разведав обстановку в прихожей, Куки начала стучать кулаками в дверь и требовать свободы. Майк с Эден проводили Куки до входной двери и выпустили во двор. Куки вежливо попрощалась.

***
Собаки, которые спокойно лежали на ковре, вдруг забеспокоились и выскочили в прихожую. За дверью происходило что-то неладное (как в сцене между Крисом и Хари). В дверь кто-то ломился. Кого-то не смущали ни композитный материал, ни сферические петли, ни усиленная дверная коробка. Я посмотрела в глазок, посоветовалась с собаками и приоткрыла дверь. Да, это была Куки. Худенькая Куки с харизмой обольстительной фотомодели. Монстр в кошачьей шкуре.

Куки приходила на обед.

***
Потеряли Жужжу. Обегали всю квартиру, проверили все балконы. Эльфы ревели в три голоса. Я с перепугу чуть не родила. Жужжа дремала за зеркалом. У Жужжи белый животик, три белые лапки, рыжая спинка и полосатый хвостик. Жужжины любимые занятия: кусаться, царапаться, прятаться, кушать.

***
Котя приучает федюшат к гигиеническому уходу за телом. Федюшонок мылит лапку, моет ушко и щечку, пытается сполоснуть спинку, элегантно изворачивается и плюхается на бочок. Не унывает. Поднимается. Начинает процедуру изнова.

***
Майк временно выполняет функции моста: по его длинным ногам шастают с пола на диван федюшата.

***
Начали приучать федюшат к лотку. Сделали подставку (лоток высокий). Федюшата от радости нажрались наполнителя.

***
Подкармливаем яичным желтком в молоке, печеночным паштетом и сухим кормом, размягченном в воде. У федюшат довольные рожицы. С федюшатами под шумок подкрепляется отощавший Федя.

***
Пока носились с федюшатами, забыли про день рождения Ориона. Ориону один год один месяц и одна неделя. Он выше 80 см и тяжелее 50 кг. Охотно откликается на „no, no, noooo!“. Любит похрустеть. Бегает марафоны. Ставит рекорды по плаванию в ванне. Подрабатывает няней у федюшат. Строит Найде глазки. Проводит досуг, положив свою голову на мой живот. Часто и с удовольствием улыбается.

Цветные откровения

ПОКА Я ПРЕДАВАЛАСЬ ВОЛШЕБНОЙ дрёме (часа три, не более), мои сладкие эльфы приготовили ужин: шпинатный суп со сметаной и зелеными травами, зеленая спаржа в морковном блине с зеленым франкфуртским соусом, зеленое фисташковое мороженое и сок из ананаса, огурца и сельдерея. Угадайте, какого цвета был сок?

К столу я приплыла в зеленом платье. К сожалению, не успела покрасить волосы, брови и бороду в зеленый цвет.

***
Костенька и Коленька надо мной потешаются: заводят руки за спину, горделиво расхаживают по гостиной. И только маленькая хорошая девочка ведет себя прилично, скачет по отцу, как маленький хороший сайгак.

***
Любимое эльфийское хобби du jour: urban vandalism. Urban vandalism — граффити на обоях.

***
Неизвестный вислоухий злоумышленник сбросил с моего рабочего стола Пятикнижие (1455 страниц), роман „The Master and Margarita“ (366 страниц), три ручки, карандаш, блокнот и USB-флеш.

***
Собачата ночью отличились: раскурочили мешок моркови (25 кг) и от души нахрустелись. Такого с ними раньше не случалось. Во всем винить неизвестного вислоухого злоумышленника.

Эльфийские достижения

ЗАКАЛЯЕМ ЭЛЬФИЙСКУЮ СТАЛЬ, НЕ отходя от колыбели. После посещения туалета сразу моем ручки. Встаем на скамеечку, намыливаем ручки себе, намыливаем ручки брату, спорим о постулатах корректного намыливания ручек, моем ручки, галдим, моем ушки, моем щечки, моет затылок, помогаем брату. На заднем плане появляется кучерявая голова с двумя дерзкими хвостиками на макушке: „А что вы здесь делаете?“ Расталкивает братьев, встает на скамеечку, намыливает ручки, моет ручки, моет ушки, моет щечки, моет затылок, брызгает на нас водой. Дружная Horror-Brigade вытирает предложенным полотенцем ручки, ушки, щечки, затылки и скрывается в Задиванье.

В Задиванье Horror-Brigade поклоняется федюшатам и укрепляет иммунную систему пылью.

***
Вечером в четверг домой пришел Майк и застал на диване трех эльфов с шестью дерзкими хвостиками на макушке. „Daddy, смотри, — радостно протараторили эльфы и ослепили побледневшего отца блеском экстравагантного маникюра (break through, fame fatal, yellow submarine, candy crush, blue lagoon, party princess).

Утром в субботу домой пришли два эльфа с аккуратной стрижкой и естественным цветом ногтей.

***
Перед сном синеглазая эльфа Эден чистит какой-нибудь фрукт, например: яблоко, грушу, персик. Все равно — какой, важен сам факт чистки. Эльфийский папа трет на мелкой терке почищенный фрукт (в процессоре нельзя: „Не бу-у-уду-у-у! Невку-у-усно-о-о“), эльфа выпивает сок, двум эльфам достается мякоть. Все довольны.

***
Синеглазая эльфа Эден мечется по магазину: „Мама, мама, мама, мама, манго или карамельки, манго или карамельки, манго или карамельки?“ Синие глаза становятся еще синее и еще больше. Эльфа вздыхает, терзается и томится. Бегает туда-сюда. Кладет манго в ящик, несется за карамельками, бросает карамельки на прилавок, мчится на крыльях любви к манго. Побеждает жажда чистки. Домой несем манго.

***
Рихард принес Рыжику гранат. Гранат размером с голову Рыжика. Рыжик чистит гранат и размышляет:

— Нет, библейский запретный плод не яблоко, и не помидор, и совсем уж не инжир. Библейский запретный плод гранат. Пока его почистишь, прочитаешь всего Экклезиаста. Выучишь арамейский язык и прочитаешь всего Экклезиаста.

— Я тебя прошу, да не могло такого быть. Не могло! Не мог Бог выгнать одну голую женщину из Эдема. Она же беззащитная. Это же свинство какое-то.

— А я бы на месте Бога сделала всех счастливыми при рождении, дала бы каждому миллион евро — и Бог с ними, пусть живут, как хотят.

***
Приличные шестнадцатилетние дебилы смотрят порно при закрытой двери, наш шестнадцатилетний дебил разговаривает по скайпу, читает «Снаружи за дверью» Вольфганга Борхерта, собирает и разбирает кубик Рубика, ознакомляется с инструкциями по сбору кубика Рубика, изучает схемы сбора кубика Рубика — и это всё одновременно, и это всё при открытой двери. Разговоры ведутся исключительно из комнаты через прихожую в гостиную. Цель эксперимента: побить рекорд Майка.

***
Эльфа сидит на диване, кушает виноград, угощает Федора Иннокентьевича. Федор Иннокентьевич отворачивается, эльфа вздыхает и резюмирует: „Wichser!“ Федор Иннокентьевич падает в обморок. Екоторина Змеевна, Беатриче Фридриховна, Ронит Фридриховна, Джинджер Фридриховна, Базилео Фридрихович и Леонардо Фридрихович ржут как кони.

Эльфа вот уже третью неделю проводит свое свободное время с шестнадцатилетними дебилами.

***
Майк собрал мебель для маленького эльфа. В третьей детской стоит колыбелька, в колыбельке сидит Синий Заяц. Синего Зайца эльфа тайком заменила на Зеленого Мишку. Но суть одна: „Леопольд, выходи!“

Эльфийский национальный день котофилии

НАДЕЛАЛИ ЛЕПЕШЕК ПИТА С заатаром; приготовили фалафель из лосося с укропом, фалафель из нута со свежим чесноком, петрушкой и кумином, фалафель из картофеля с молотым фундуком и шнитт-луком, фалафель из батата с перцем чили и пряным кориандром; нарезали помидорный салат с базиликом и маслинами, огуречный салат со сметаной, салат из белой редьки и моркови в лимонной заправке, салат из красной капусты с киви и салат из рукколы с апельсиновым дрессингом. Подали на стол маринованные грибочки, маринованный красный перец, гуакомоле, тцатцики, ананасовую сальсу, вишневый кетчуп, хумус с кайенским перцем и кедровыми орехами, баклажанный дип с грецкими орехами, тапенад из черных оливок каламата с анчоусами и арахисовый соус с имбирем и тамариндом. Купили эльфам ящик пива, мужчинам — два ящика компота и объявили голодные игры открытыми.

Я опасалась за честь немецких беременных девушек и сильно волновалась из-за скудного ассортимента, поэтому испекла творожный пирог с соком цитрусовых фруктов и шоколадный пирог с творожной начинкой.

Отметили Эльфийский национальный день котофилии. Эльфы провели превентивную беседу с главными котофобами республики: Майком, Рихардом, Генри, Кейт и Ари. Екоторина Змеевна и Федор Иннокентьевич культурно отдыхали, свесив со спинки дивана восемь лап и два хвоста. Синеглазая эльфа Эден попеременно совала рыжих котят в озадаченные лица котофобов и радовалась: „Look, look, look, she is so beautiful, sooo beautiful, look, look, look“. Котофобы стыдились своего котофобного поведения и становились котофилами до момента возникновения нового искусственного водоема.

Природа радовала граждан эльфийской республики чудной погодой: моросил прохладный весенний дождь. По двору гуляли два цербера и один гриффон.

Responsa dubia sorte perplexa iacent*

ЗА ОКНОМ ТЕМНОТА, ВЕТЕР и дождь с градом. Возле окна сидит Коленька и восхищенно вздыхает: „Какая красота! Мама, гулять“.

Свое эстетическое восприятие окружающей среды Коленька унаследовал от маменьки. Больше тридцати лет назад Коленькина маменька выглядывала из окна поезда, кушала виноград, любовалась голой, опаленной летним солнцем среднеазиатской степью, кивала головой и восхищенно вздыхала: „Ах, какая красота“.

Прошел дождь, пошли гулять, познакомились с семейством обаятельных луж.

***
Синеглазая эльфа Эден гуляет по двору, обнимает и целует деревья.

— Эден, не облизывай деревья.
— Я не облизываю, я целую.
— Возьми платочек. Целуй через платочек.
— Не возьму. Ты не целуешь папу через платочек.
— Папа не дерево.
— No, Daddy is not a tree. Daddy is a depp.

Майк вопросительно поднял бровь и посмотрел на жену. Жена Майка кротко улыбнулась и уставилась в небо. Синеглазая эльфа Эден облизала все деревья.

***
Рябина расцвела белыми густыми соцветиями. Шестнадцатилетние дебилы в приступе корыстной щедрости сняли с рябины рождественскую декорацию. Эльфы возбужденно галдели в окно.

Хорошо цветет рябина — к урожаю льна. Главное, чтобы об этом не узнал мой муж (старинная эльфийская примета).

***
Любимого племянника, шестнадцатилетнего дебила, не берут в летчики. Не вышел ростом.

— А сколько стоит обучение пилота?
— Больше миллиона.
— А сколько стоит вертолет?
— Около пятидесяти миллионов. Начинай копить карманные деньги.

***
Майк, тоже в приступе корыстной щедрости, предложил Генри практику. Эльфа насторожилась. После длительного периода бурчания Генри согласился. Эльфа надулась, но, будучи разумным существом, решила предложить кузену ногу помощи. Заместитель генерального директора инструктирует будущего практиканта: „Ты не бойся, они все хорошие“.

***
— Вы себя во время всех беременностей так вели? — ехидно интересуется мой гинеколог.
— Нет, что вы, многоплодная беременность протекала для моего мужа значительно тяжелее, — застенчиво пунцовею я, поправляя подол платья.

Гинеколог мрачно вздыхает и сочувствует. Он проникся к моему мужу глубокой симпатией на первом УЗИ, когда вместо типичного вопроса „Кто?“ услышал робкое „Сколько?“.

***
Хотела много чего написать, но болотный тролль перевернул корзину с бельем, замочил и стирает правой лапой. Дрянь вислоухая. Если доплыву, успею что-нибудь спасти.

*Облигаторный Сенека

Хронология одного преступления

                                                            или Кто украл мои трусы?

17:00 СОБАЧАТА ВЫВЕЛИ МАЙКА на вечернюю пробежку.
18:07 Собачата привели Майка с вечерней пробежки.
18:08 Торжественная комиссия во главе с котонессой фон Катценбург встретила Майка с собачатами.
18:10 Майк обнаружил жену в столице Эльфийской республики.
18:11 Торжественная комиссия во главе с синеглазой эльфой Эден встретила Майка с собачатами.
18:16 Майк пресек попытку вислоухой злоумышленницы унести в свое гнездо чужую футболку.
18:30 Эльфы отправились в кругосветное путешествие.
18:31 Количество пены в океане Ванна достигло критического уровня.
19:00 Котонесса фон Катценбург обнаружила жену Майка в столице Эльфийской республики.
19:01 Эльфы достигли затопленных берегов Ванного Света.
19:03 Жена Майка достигла пуховых берегов материка Супружеская Постель.
19:08 На территории Эльфийской республики раздались пронзительные крики: „Кто украл мои трусы?“
19:09 В тропосфере планеты Спальная возникла синеглазая эльфа Эден, закутанная в банную мантилью.
19:10 Из тропосферы планеты Спальная пропала возмущенная синеглазая эльфа Эден.
19:11 На территории Эльфийской республики возобновились крики: „Кто украл мои трусы?“
19:13 В тропосфере планеты Спальная мелькнула эльфийская розовая попа.
19:15 Жена Майка обнаружила банную мантилью в столице Эльфийской республики, городе Гостиная.
19:17 Майк обнаружил пропавшие трусы (и носок) в гнезде вислоухой злоумышленницы.
19:18 Уголовное дело возбуждено.
19:20 В процессе рассмотрения предоставленных улик окружной суд Эльфийской судебной палаты пришел к заключению: вислоухая злоумышленница — сорока и действует строго по побуждениям своей натуры.
19:22 Вислоухая злоумышленница оправдана.
19:21 Уголовное дело закрыто.

***
Пару дней назад синеглазая эльфа Эден сидела на плечах у Майка и проповедовала на всю столицу, раскрылив руки: „Höret, oh Bürger der Republik!“

Я вопросительно подняла бровь и посмотрела на Майка. Майк кротко улыбнулся и уставился в потолок.

Пропаганда республиканского политического строя налицо. Окружной суд Эльфийской судебной палаты рассматривает предоставленные улики и склоняется к возбуждению уголовного дела против Майка.

***
Воспитательницы Великой эльфийской ложи бастуют. Требуют повышения зарплаты и красивых мужчин. Эльфы сидят дома.

из „Этикет общения с эльфами“

В НАЧАЛЕ АПРЕЛЯ ФЕДЯ с собачатами отремонтировали детскую комнату младшего эльфа. Эден моментально влюбилась в обои с мамами-совами и малышами-совятами. Эден лежала на полу в комнате младшего эльфа и орала: „Моя комната! Мо-о-я-я комната! Уйду! Соберу рюкзачок — и уйду“.

Майк боролся с симптомами душевного авитаминоза и не находил в себе сил на ремонт еще одной детской комнаты. Я тяжело вздыхала, отвернувшись лицом к спинке дивана. Котя готовилась к родам. Племянники были в школе. Близнецы скрывались в Задиванье.

Рихард подхватил воющую сирену, отнес в собственную детскую комнату и спросил: „А когда у тебя день рождения?“ Сирена подозрительно прищурилась, напыжилась и скрестила руки на груди. „Зимой? Весной? Летом?“ Сирена высунула язык. „Мы нарисуем с тобой календарик… у тебя есть фломастеры?“ Сирена покачала головой и потопала за фломастерами. „Мы нарисуем с тобой календарик. Пять месяцев, в каждом месяце четыре недели, в каждой неделе семь дней…“ Сирена беспокойно топталась за дядиной спиной, выжидательно выпячивала губы и чесала макушку.

Так на стене детской комнаты вредной синеглазой сирены по имени Эден появился календарик. Недели первого месяца нарисовал Рихард. Недели второго, третьего и четвертого месяца нарисовал Рихард с помощью Эден, выводящей вместо арабских цифр затейливые эльфийские руны. К моменту написания недель пятого месяца эльфийский каллиграфический стиль претерпел различные стадии совершенствования и цифры приобрели формы, отдаленно смахивающие на арабские. „Видишь? Если перед сном зачеркивать один день, то дней до твоего дня рождения будет становиться все меньше и меньше. А к твоему дню рождения мы пойдем в магазин. Ты выберешь обои, и мы вместе их наклеим“. Сирена недоверчиво посмотрела на стену, подумала и согласилась.

За последние два месяца кто-то двенадцать раза замалевал весь календарик. Виновного найти не удалось. Подозревали то Майка, то Генри, то Акселя, то Криса, то Минку, то Уомбли, но за недостаточным количеством улик закрывали дело. Календарик реконструировали по репродукциям древнеэльфийских рукописей.

До дня рождения Эден осталось ровно три месяца.

***
Недавно Эден выучила имена всех эльфийских персонажей. Наши друзья и знакомые теперь знают полное имя Эден, полное имя ее родителей, дедушек, бабушек, прадедушек, прабабушек, братьев, кошек, собак и соседей.

***
Воспитательницы пока еще не отличают Костеньку от Коленьки. Они дружелюбно интересуются: „А ты кто?“ Близнецы не менее дружелюбно отвечают: „А ты кто?“ Ходят в Великую эльфийскую ложу инкогнито. Из принципа общаются друг с другом на английском.

***
Когда в конце марта приехал Рихард и столкнулся с той же проблемой: „Who are you?“ — „Who are you?“, я дала ему конструктивный совет:

— Ты не волнуйся. Мы их поначалу тоже не различали. Выпей успокоительное средство. Возьми себя в руки. Сосредоточься. Присмотрись к мимике. Легче всего идентифицировать Коленьку. Коленька — это тот, который заламывает левую бровь, улыбается правым уголком губ и моргает сначала правым, а затем левым глазом. И это всё — одновременно.

Коленька, по словам прадедушки, вылитый Мишенька. Прадедушка прав. Я сильно подозреваю, что по ночам эта двойка тренируется возле зеркала, выдумывая новые рожицы. Я пробовала, у меня так не получается. Мне не хватает кельтских генов.

Если ты все еще сомневаешься, то позови второго: „Костенька?“ Костенька хрюкнет, отвернется и надует щеки.

В эльфийском мире все предельно просто для тех, кто знаком с его внутренним устройством.