Я спокойна. Я совершенно спокойна.

В пятницу вечером Костенька изъявил желание погостить у Анны. Мы его уговаривали остаться, но Костенька был неумолим и запихивал в рюкзак зайца, карамельки и пижаму. В воскресенье Костенька прокатился с Генри в метро и вернулся радостный домой.

Во время обеда он мне жалуется:

— Мама, у них всю ночь плачет младенец. Я плохо спал. Ты представляешь, как это тяжело?

Только понаслышке, Костенька, только понаслышке.

* * *
Медвежата переживают миграционный период. Мигрируют из одной пустой комнаты в другую, поют песни, а иногда даже остаются зимовать. Периодически совершают мелкие хулиганства и сваливают на Федора Иннокентьевича.

* * *
Ночью в коридоре часто раздается топот ножек: топ-топ, топ-топ, топ-топ — в одну сторону. Если прислушаться, то топот значительно меняется в другую сторону: топ-топ, чап-чап, топ-топ, чап-чап, чап-чап. Утром в детской на подушке покоятся две головы: обе лохматые, одна весьма ушастая.

* * *
„Найда, — уличает собачонка Мишка, — не делай вид, что ты весь день мирно дремала в корзине. Не делай. Это твоя шерсть на покрывале, я так не линяю“. Совестливая Найда прикрывает лапами глаза. Екоторина Змеевна торжествует, свесив со спинки дивана три задние конечности.

Орион обожает смотреть документальные фильмы про животных, поэтому застенчиво отворачивается и признается: „Каюсь, валялся в ваше отсутствие на диване. Валялся, валяюсь и буду валяться“.

— Майкл, отцовство сделало тебя добросердечным. Шесть лет назад церберы получили бы за свое дерзкое поведение под зад, — задумчиво резюмирует Генри.
— Генри, шесть лет назад ты тоже получил бы за свои дерзкие комментарии под зад. Моя добросердечность идет тебе на пользу, — добросердечно резюмирует Мишка.

* * *
Недавно опочил вечным сном очередной Тадль. Чтобы не огорчать медвежат, Мишка купил нового — белого, вислоухого. Он ему никого не напоминал. У него такой же приятственный характер.

Раньше я не догадывалась, что кролики умеют жужжать и рычать. Если новый Тадль голоден, этот вислоухий козел кусает меня за пятки.

* * *
Подумываем купить Оскару бабу. Что-то он закручинился и даже стал меньше материться. Качается в клетке туда-сюда с закрытыми глазами. Наверняка строит план захвата власти во Вселенной. Если верить ветеринару, Оскар нас всех переживет.

* * *
— Медведи, мишки, медвежата, — целую я маленьких медведей на прощание, — а хотите, мама заберет вас из детского сада?
— Не надо, мама, — возмущенно вопят в ответ маленькие медведи. — Нас заберет папа. Мы зайдем в магазин и купим пакетик мармеладных зверей.

В среду приезжают Мишкины родители с целью окончательно разбаловать маленьких медведей.

Advertisements

Купание вязаных зайцев в унитазе

Я вытираю лицо и понимаю: полотенце совсем иное на ощупь. Я приоткрываю один глаз и вижу белую нарядную шелковую скатерть со стола. Я осматриваю ванную комнату. Ванная комната безупречна. Я выхожу в гостиную. В гостиной Майк играет с Эли. „Где твои дети?“ — неспокойно спрашиваю я Майка. „Дети рисуют в прихожей“, — спокойно отвечает Майк. Я выхожу в прихожую. В прихожей никого нет. Двери шкафов широко раскрыты, везде валяется обувь, ухмыляется Катценбург. Двери гостевого туалета тоже широко раскрыты. В умывальнике лежат два вязаных зайца. Возле умывальника валяется полотенце, которым я вытираю свое родное лицо, подаренное мне родителями и милое моему мужу. О чем вы подумали?

Нет, нет, не тешьте себя надеждами. Я — искушенный эльфовед. Сиденье унитаза поднято. Это значит, что вязаные зайцы были вымыты не в умывальнике, возле которого стоит скамеечка, а в унитазе. Эльфы искупали зайцев в унитазе и вытерли их моим полотенцем.

Что было потом, никто не знает. Когда мы обнаружили эльфов, они сидели в Милкиной комнате и рисовали на доске. Рисовали хорошо.

Мы — никудышные родители. Мы их не ругали. Мы их любим больше своей жизни.

Oíche Shamhna shona daoibh!

Когда Цли Польти вышла на террасу, она увидела на перилах двух кошек: белую кошку в полосатых носках и рыжего кота в клетчатом берете. Рыжий кот курил сигару Cohiba. Белая кошка медленно крутила в лапе бокал коньяка Henri Dudognon. Коты смотрели в небо и оживленно спорили, обсуждая динамику изменения индекса Доу-Джонса.

Цли Польти почесала макушку. С чердака раздался шум.

Henry knows what happened then.

Из жизни эльфийских деятелей

МИЛОЧКА КРУТИТСЯ ВОЗЛЕ КРЕСЛА, в котором сидит Саша, стеснительно сует ему в руки Любимого Зеленого Зайца, хихикает и улепетывает на балкон.

У Саши завелась новая поклонница. Мне она невероятно симпатична. Рост — 107 см, вес — 16 кг, размер ноги — 26. Глаза синие, голова лохматая.

* * *
Милочка, талантливая эльфийская импрессионистка, рисует на полу в художественном хаосе среди восковых мелков, карандашей и фломастеров, сердито смотрит на Музу и отчитывает: „Саша, не шевелись. Видишь, я рисую. Будешь шевелиться, нарисую некрасивого“.

Зеленый Заяц улыбается. Муза покорно застывает. Глаза синие, голова такая же лохматая.

* * *
Коленька, известный эльфийский зоолог, смотрит документальный фильм про пустыню. На экране ящерица обедает жуком. Коленька машет руками и возмущается: „Папа, папа, смотри, смотри, смотри же. Голову съела, а жопа убежала“.

По экрану суетливо бегает тергит жука.

* * *
Костенька, знаменитый эльфийский хронист, поделился в Великой эльфийской ложе сведениями о быте и нравах эльфийских народов: „Раньше папа на новый год наряжал маму в дождик, а теперь мы наряжаем рябину“.

Не знаю, что у Костеньки за родители, но очень их осуждаю. Особенно — маму.

Dubiat anceps memoria*

ВСТАЛА, УМЫЛАСЬ, ПРИДАЛА ЭЛЕГАНТНУЮ форму усам, привела в порядок бороду, аккуратно расчесала на пробор волосяной покров в области грудной клетки, заплела французские косички в подмышечных впадинах, завила кудри на руках и на ногах, впихнула беременный живот в джинсы, увидела случайно свое профильное отражение в зеркале, десять минут ревела.

***
Отвезла синеглазую эльфу Эден в Великую эльфийскую ложу, приехала домой, увидела намеренно свое профильное отражение в зеркале, десять минут ревела.

Когда Рихард с близнецами и собаками вернулся с прогулки, из магазина и с прогулки, то обнаружил в гостиной вместо меня небольшую лужицу печали, жалости, душевного страдания и изобличительной эмоциональной флагелляции без намека на психоэротику.

„Ну что, ну что опять случилось?“ — заботливо поинтересовался жестокосердный брат, подозреваемый мной в латентной негуманности. Я хрюкнула, всхлипнула и пошла в szuterén за вареньем, изъятым у меня в профилактических целях выше упомянутым братом-грубияном. Варенье куда-то пропало. Пришла домой с банкой огурцов. Злобно шипела.

***
Обиделась, ушла в парикмахерскую. В парикмахерской мне сделали маникюр, педикюр, похвалили французские косички и посоветовали новую стрижку. Теперь у меня очень короткие волосы.

Брата простила. Он красивый и хорошо пахнет. Но вечером все равно исщипаю. Я не злопамятная: как только отомщу, так сразу и забуду.

***
Синеглазая эльфа Эден спрашивает:

— Так я — старшая девочка?
— Ты — единственная девочка.
— Да. Рихард — мальчик, Генри — мальчик, Костя — мальчик, Нико — мальчик, Аннхен — мальчик, мама — мальчик, Найда — мальчик, Орион — мальчик, Китти — мальчик, Фриц — мальчик, Тадль — мальчик, Банни — мальчик, Уомбли — мальчик, Оскар — мальчик.
— Папа — мальчик.
— Нет, папа — Daddy.

Моя семья: четырнадцать мальчиков, одна девочка и один Daddy.

***
Выучили новую считалочку „Aon, dhà, trì“ и песенку „Sleeping Bunnies“. Предлагаю синхронизировать время и орать дружным интернациональным хором на зло врагам и соседям: Hop, little bunnies, hop, hop, hop.

***
Своими собственными ушами слышала, как Энни читает Эден „Oedipus“ на латыни. Лёд тронулся, господа присяжные заседатели!

***
У синеглазой эльфы Эден лингвистический кризис. Разговаривает с англоязычным дедушкой по скайпу, рассказывает ему детсадовскую историю на немецком (Mili, speak English!), повествует о жизни Коти с федюшатами на русском (Mili, speak English!), посылает воздушный поцелуй (Gotta go. Cheerio! Tschüss! Ciao! Slàn! Пока-пока!) и убегает. Убегает быстро, чтобы не догнали.

***
У меня кризис русского языка. Я на глазах тупею. Пишу одно предложение пять минут. Переписываю. Сомневаюсь, что использую правильные падежи, предлоги, знаки препинания. Порой порываюсь покончить жизнь ноутбука самоубийством, но лень идти к озеру.

***
— Мишка, когда ты приедешь?
— Я приехал. Я в Мюнхене.
— Ага! Как приехал, так сразу по борделям. Замки поменяю, в дом не пущу. И имей ввиду: я третью ночь делю постель с Федором Иннокентьевичем.

*Т.к. в голову ничего не лезет, цитирую наизусть Сенеку.**
**В этом тексте я один раз наврала.

Деградируем-с, простите великодушно

ЗА ДВЕ НЕДЕЛИ ПЕСАХОВ и пасох два шестнадцатилетних дебила опошлили тривиальное слово «яйца», вознесли его буквально на Олимп табуированной лексики.

Философские диалоги

Инструкция любящей зайчихе

ПРОХОДЯ МИМО ОСОБНЯКА ТРИ Плютли, Цли Польти услышала громкую ругань и звуки подозрительной потасовки. Такие звуки обычно издают тяжелые предметы, вступившие в интимный контакт с непоседливыми головами неверных мужей. Так звучат миксеры, кухонные комбайны, кастрюли, разделочные доски и лопаты.

Цли Польти не спеша направилась по тропинке, полюбовалась яркими гиацинтами, коснулась рукой ветвей молодой ивы, вдохнула свежий воздух и робко постучалась.

Три Плютли открыла дверь. В руке она держала чугунную сковороду. Ее волосы были растрепаны, а лифчик съехал набок. Цли Польти испуганно попятилась.

— Да ты заходи, — хмуро произнесла Три Плютли, — заходи, не стесняйся. Посмотри на этого героя.

Под столом сидел Янь Викли, провинившийся муж Три Плютли. Круглое лицо Янь Викли украшали исполинская шишка на лбу и синяк под глазом.

— Под утро пришел… жених толстопузый. С кем ты шлялся, скотина лопоухая?

Янь Викли всхлипнул:

— Ну, прости меня. Ну, прости меня, Три Плютли. Я не виноват. Я не хотел. Я был пьян. Она меня соблазнила. Она во всем виновата, эта дрянь, эта шлюха. Она налила мне шампанского, она угостила меня клубникой. У нее волнующая грудь, карие глаза и пухлые губы. Я забылся. Я тебя люблю. Я слабый мужчина. У нас с тобой два дня не было секса. Я измучился. Я исстрадался. У меня есть потребности. Я больше не мог так жить. Она меня обняла, она жадно впилась в мои губы. Я вырывался, поверь мне, вырывался. Минуты две вырывался. Потом закурил и уснул. Потом опять вырывался. Поступал и возвращался. Поступал и возвращался. А она не выпускала. И так три раза. А потом я подскользнулся и упал. Поступал и возвращался. Поступал и возвращался. И к богу взывал. И стонал, и хрипел, и срывался на крик. Я – жертва. Я ни в чем не виноват. Поверь мне. Я не могу без тебя жить. Она мне безразлична. Эта ночь не имеет для меня никакого значения. Я тебя люблю. Ну, прости меня.

Три Плютли приладилась, размахнулась и еще раз стукнула Янь Викли по голове сковородой. Янь Викли взвизгнул и забился в дальний угол.

Цли Польти покраснела и незаметно покинула сцену семейных разборок.

Она пришла домой, взяла на кухне скалку, зашла в рабочий кабинет и стукнула по голове Утли Пушти, который разрабатывал новую компьютерную игру. — За что? — обиженно взвыл Утли Пушти. — Сам знаешь за что, изменник мерзкий! — злобно топнула ногой в красной туфельке Цли Польти. – Профилактика! Утли Пушти раззявил от обиды рот.

В спальной комнате Цли Польти разделась, плюхнулась на стул и взяла красную гелевую ручку. Полчаса спустя она залезла в ящик стола, нашла электроизоляционную ленту и приклеила под репродукцию картины Гюстава Курбе Происхождение мира испещренный неровным почерком тетрадный лист:

Инструкция любящей зайчихе

  1. Зайчиха — не личность. Зайчиха без зайца — ничто. Зайчиха без зайца теряет право на существование и становится гротескностью.
  2. Зайчиха — всегда и везде — должна помнить, что была создана исключительно для того, чтобы сделать жизнь зайца простой и приятной.
  3. Зайчиха — в любое время суток, в любом месте — должна быть готовой по первому приказу раздвинуть ноги, деликатно распластаться на подручных средствах, перевернуться на живот, опуститься на колени.
  4. Зайчиха — с благодарностью и наслаждением — должна стирать зайцу носки, которые он заботливо приставил к стиральной машины в ванной комнате или бросил для озонирования воздуха под кровать.
  5. Зайчиха должна готовить зайцу сбалансированную еду с оптимальным количеством белков, жиров и углеводов.

    Сбалансированное питание поддержит в зайце бодрость. Заяц сможет полностью посвятить себя трем секундам прелюдии, залезть на зайчиху, слезть с зайчихи, поблагодарить за предоставленные отверстия, отвернуться и довольно захрапеть.

  6. Зайчиха должна быть предельно вежливой и обходительной. Если зайчиха по приходе домой застала зайцa на лучшей подруге, зайчиха на должна орать на весь дом. Зайчихе стоит соблюсти правила этикета, как то: подержать свечу, включить располагающую музыку, помочь любовной паре испытать максимум удовольствия, угостить свежим кофе и пончиками с абрикосовым вареньем.
  7. Зайчиха должна приветливо встречать трусы зайца.

Эти элементарные правила помогут зайчихе сохранить здоровый климат в семье и обеспечат долголетие, умиротворение и счастливые, доверительные отношения.

Про Ф.И. Рожароссу, заслуженного артиста эльфийского цирка

СПЕШУ СПАСТИ ФЕДЬКИНУ ЧЕСТЬ: Федька весит семь килограммов. Тесное сотрудничество с Майком дает о себе знать.

***
Некоторое время назад Майку вдруг почудилось, что коты влачат скучное, безрадостное существование. Своими мыслями он не преминул поделиться с котами. И пока бездельница Котька общалась с Майком исключительно на универсальных языках шшш, пхх и ффф, выглядывала из-под кресла и давала волю праведному гневу, Федька, высунув от усердия язык, записывал в блокнотик числа Фибоначчи и код Оттендорфа, изучал метод Гаусса и деятельность радистов навахо, знакомился с творчеством Карла фон Клаузевица и философией Марка Аврелия, прислушивался к щелчкам кликера и морально готовился к дрессировке. В этом время Майк изучал методы дрессировки и набирался ангельского терпения. Очень трудно набраться ангельского терпения, когда тебя назвали именем Архистратига святого ангельского воинства.

Не прошло и полгода, как Федька обучился парочке трюков. Федька умеет прыгать со стула на стул, ходит туда-сюда по доске и приносит через раз меховую мышку. Кроме того Федька знает две команды:

  • „Федя, дай лапу! Федь, лапу! Федька, куда ты пошел? Иди сюда, дай лапу. Дай лапу, кому сказал. Федька, не будь свиньей. Прекрати меня позорить. Федь… Федя… Jawohl. Хороший котик. Лови подушечку“ и
  • „Федя, сиди. Сиди, говорю. Федь, сядь, пожалуйста. Ты же вчера так хорошо сидел. Не надо махать лапой. Федя, сиди. Сиди. Сиди. Федя, вернись. Вернись, я с кем разговариваю. Дурак ты, Федька. Иди, иди отсюда“.

Федька не унывает и ходит воровать подушечки у Коти.

Майк подозрительно смотрит в сторону кроликов.

Про гедонизм

– Я ДИАГНОСТИРОВАЛА У СЕБЯ аблютофобию, гексакосиоигексеконтагексафобию, мирмекофобию, скелерофобию, андрофобию, гиппопотомонстросескиппедалофобию и эйсоптрофобию, – привычно ныла за завтраком Цли Польти.
– А это потому, Цли Польти, что ты – дура… и читаешь много, – пробурчал Утли Пушти, обильно поливая пышные оладьи канадским кленовым сиропом.

У него был выходной день.

Umorismo macabro

НЕТ, ТЫ ТОЛЬКО ПОСЛУШАЙ, возмущалась Цли Польти, иду я намедни с работы, небо ликует надо мной лучезарное, на горизонте – точно александрит: насыщенное, яркое, с лазоревыми разводами перистых облаков. Чем ближе к солнцу, тем светлей становится, и так пока золото заката не сольется с лазурью небесных вод. Любуюсь: какая благодать – не небо, но купол базилики, не облака, но фрески. На сердце радостно, душа поет.

Домой забежала, воду с душистой пеной в ванну налила, свечи зажгла, бутылку шампанского откупорила, на меня такая нега снизошла и в этот безмятежный момент раздался звонок в дверь. Тиринь-тринь-тринь, тиринь-тириль-тириль, тринь-тринь. Поначалу я закрыла глаза, задержала дыхание, опустилась на дно ванны. Никого нет дома! Пойдите прочь… Нет!.. Надежды мои не оправдались, настойчив был мой гость: тиринь-тринь-тринь, тиринь-тириль-тириль, тринь-тринь.

У меня дилемма, Утли Пушти. Ну, объясни, прошу тебя, почему люди так любят ходить ко мне в гости? Я ведь никого не приглашаю, пирогами не заманиваю, сама тоже не хожу, надеюсь, что они поймут. Ан нет! Они идут, едут, плывут, летят, некоторые, подозреваю, даже владеют телепортацией или имеют машину времени. Одни, с детьми, с мужьями, с девушками, с парнями, с соседями, со случайным попутчиками, с тушканчиками и птеродактилями – войска незваных гостей. Утли Пушти, куда спрятаться?

Утли Пушти выслушал Цли Польти, собрался и ушел. Через час он вернулся из магазина художественных товаров, взял электроизоляционную ленту и приклеил в прихожей напротив входной двери репродукцию картины Гюстава Курбе «Происхождение мира».

Хэллоуин

УТЛИ ПУШТИ, СЕРОГЛАЗЫЙ ЗАЯЦ, скрипнул чердачной дверью и направился легкой походкой прямиком к сундуку, выражаясь при этом нецензурными словами и снимая с лица остатки липкой паутины. Ноябрь радовал лесных жителей солнцем. Погоды на дворе стояли изумительные.

Утли Пушти откинул крышку кованого сундука, подпрыгнул и провалился в его мистические недра по самые пятки. Из сундука во все стороны полетели обрывки бессвязной речи и совершенно необходимые предметы обихода:

– … альбом со свадебными фотографиями, кому он нужен… набор плеток и масок, возьму с собой… Энциклопедия преступлений и катастроф, перечитаю при первой возможности главу Преступления на почве сексуальных извращений120 дней Гоморры маркиза де Кота, прекрасные истории на ночь, стану отцом… веревки для шибари… менора, пригодится в следующем году для Хануки… пакет марихуаны… годовой абонемент в фитнес клуб… коллекция порнографических фильмов… любовные письма… ага, вот ты где!

Утли Пушти развернул потрепанную газету и достал плюшевый костюм, осторожно разгладил его руками, натянул u полюбовался своим отражением в грязном оконном стекле: «До чего же я хорош! Святые духи, до чего же я хорош! Что этой женщине надо? Что ей дома не сидится? Пузо выпирает – да, так ведь это признак благополучия. Макушка лысеет – да, так ведь это признак повышенного уровня тестостерона в крови, и никакой я не «козел плешивый», а бонвиван и жуир. Маленький – да, да, да. Будь я высоким, так при аккумуляции позитивных черт характера лес бы попросту не вынес подобной концентрации красоты. Если будет много привередничать, закручу роман с ехидной. Она толстых, лысых, маленьких любит. А в этом году наряжусь на Хэллоуин зайцем!» – одобрительно кивнул головой Утли Пушти, поправил розовые уши, подергал хвост и пошел на вечеринку в клуб любителей садомазохизма «Белоснежка и семь гномов», в котором он имел платиновое членство.

Цли Польти

ЦЛИ ПОЛЬТИ НЕСПЕШНО СОБИРАЛА мусор. Она закинула в желтый мешок угольки сгоревшей картошки, старые пакетики из-под зеленого чая, кожуру бананов и груш; вымела из-под кровати поношенные носки Утли Пушти, потрепанные журналы Playrabbit с засаленными уголками страниц и прочую дребедень, которую он всегда так старательно от нее прятал. Утли Пушти тем временем развалился на диване и, потягивая холодное пиво, уставился в исполинский экран нового плазменного телевизора.

— Когда на работу устроишься, тунеядец? Денег ведь опять не хватает, — укоризненно заверещала Цли Польти из коридора и для пущей убедительности сбросила с тумбы вазу с завядшими полевыми цветами.

— А вот как только ты перестанешь по зайцам бегать, так и устроюсь. И не мешай, идет чемпионат мира по ловле драконов, — раздраженно заорал Утли Пушти и икнул.

— У всех мужья приличные, — продолжила Цли Польти свою тираду. — Янь Викли сражается со злобной химерой, которая держит в заточение принцессу Три Плютли. Муж Кти Мотли уехал в Долину Цветущей Капусты за подарком для новорожденных. У них на прошлой неделе тройня народилась…

— А меня не колышет, — раздраженно бросил Утли Пушти и пошел на кухню за солеными орешками. — Я, может, мечтами томлюсь, к звездам хочу, а ты только об одном думаешь… Все тлен и суета. Я, может, нереализованный гений… Я, может, философ…

Цли Польти злобно прищурила глазки и топнула ногой в рваном красном носке.

— Неси мусор на улицу, дармоед. Носки в лиловый контейнер, отходы от продуктов в оранжевый, бутылки рассортируешь на месте по цвету: серый, бурый, малиновый.

Утли Пушти пробурчал что-то себе под нос, натянул штаны на голое тело и поплелся к мусорке. Он осторожно оглянулся, чтобы удостовериться, не следит ли за ним супруга, бросил мешок за контейнер и пустился наутек. Путь его лежал в местный кабак к друзьям детства Шти Цлёти и Блём Трути, — таким же бездельникам, как и сам Утли Пушти.

Утли Пушти

УТЛИ ПУШТИ, СЕРОГЛАЗЫЙ ЗАЯЦ, сидел на крыльце и курил марихуану. Был солнечный день, по небу в легком вальсе скользили зефирные облака. Недавно прошел дождь, смыл остатки грязного снега, разогнал угрюмых котов и только Утли Пушти был мрачнее тучи.

Пахло свежей дубовой смолой. На грядках цвели огурцы, помидоры и тыквы. Сразу за огородом протекала река. Чистая, бирюзовая вода отражала палящие лучи солнца и пропадала серебристым ужом за горизонтом. Говорят, что за горизонтом живет солнце, в крошечном лубяном домике с красной крышей и флигелем в виде золотой перепелки.

Из-за сарая раздавались похотливые стоны и визги. Утли Пушти заглянул в горницу. Горница была пуста. На плите в кастрюле выкипало молоко, а в сковороде поджаренная на сале аппетитная картошка медленно становилась угольками.

Утли Пушти горестно вздохнул и вышел на улицу. Он осторожно обошел крапиву и заглянул за сарай. Так оно и было, он не ошибся!

— Цли Польти, ну как тебе не стыдно? — воззвал он к разуму неверной супруги. — Сейчас же слезь с Янь Викли. Сколько же можно?

Цли Польти глупо захихикала, ухватив Янь Викли за длинные уши, и лишь ускорила ритм. Янь Викли захрюкал и приветливо улыбнулся Утли Пушти:

— Как делааааа… — начал он, тяжело дыша, но в этот момент волна удовольствия нахлынула на него со всей своей невероятной силой и Янь Викли лишь взвизгнул, довольно оскалился и развалился на мягком ковре из одуванчиков и ромашек.

— Дурак ты! — обиделась Цли Польти. — Опять поторопился. А как же я?

— А у тебя муж, — деловито рассудил Янь Викли и заржал как конь.

Конь поглядел на него и обиделся. „Ну, что за козлы!“ — прошептал он тихо и ушел жрать овёс.