Auf der Insel der Wolken

AUF DER INSEL DER Wolken weiden die Wolken zusammen mit den Schafen auf den grünen Hügeln übersät mit fliederfarbenem Heidekraut, auf denen wir vagabundieren – zuerst zu zweit, später mit Deiner Gitarre, um den gelangweilten Schafen Lieder zu singen. Die Schafe haben krause Mähnen, witzige Ohren und sentimentale Augen mit rechteckigen Pupillen. Meine Lieder missfallen den Schafen stark: sowohl englische, als auch deutsche, als auch russische. Meine Tänze widern sie sogar ab. Sie blöken vor Empörung, fauchen und jagen mich über die grünen Hügel übersät mit fliederfarbenem Heidekraut, die das späte Augustlicht überflutet. Bald werde ich ganz schwerelos, hole Schwung mit den Flügeln und ziehe mit den Raben fort zu den alten Göttern der nackten schottischen Kämpfer.

Von Zeit zu Zeit kriechen die Wolken in die offenen Fenster hinein, schlafen zusammengekauert im Bett ein und schnarchen laut. Abends sperren wir die Wolken im Luftstall ein, damit sie nachts der grimmige Wind nicht reißt. Tagsüber spielen die Wolken Verstecken, räkeln sich auf dem Dach und lauschen lachend, wie Äpfel vom Baum fallen. Schottische Äpfel riechen nach meiner Kindheit.

Von der gebräunten Stirn der Sonne blättert der Sonnenbrand ab, goldene Sommersprossen verblassen und wirbeln als feiner Staub in der Luft umher.

Morgens steigen von meiner Haut Schwärme verscheuchter Geheimnisse mit der Schamröte der Verlegenheit auf den samtigen Wangen empor. Ich bin mit Dir durchtränkt wie mit köstlichem Lindenhonig. Meine Lippen, mein Hals und meine Brüste duften nach Deinem Atem. Meine Schlüsselbeine, Armbeugen und Kniekehlen schmecken nach Deinen Küssen. Auf meinen Schulterblättern sind Deine Fingerabdrücke. Mein Körper verströmt den Geruch Deines Körpers. In diesen zwei Wochen haben wir unsere Vitalfunktionen synchronisiert. Ich weiß nur noch nicht, in welchen Einheiten mittels welcher Geräte die Kraft meiner Liebe zu Dir gemessen wird?

* * *
Среди облаков, овец и вереска

Advertisements

A Farewell to August

All meine wundervollsten Erinnerungen an die Liebe, an die Freude, an die Glückseligkeit münden in Dich, Michael. Und wenn ich mir früher ein Leben ohne Kinder vorstellen konnte, so konnte ich mir doch noch nie ein Leben ohne Dich vorstellen. Lediglich eine unerträgliche rein vegetative Existenz im Fegefeuer des eigenen Unterbewusstseins, die aliphatisches Ethanol, bedeutungsloser Sex und psychotrope Substanzen definieren.

Du und ich, wir sind ein Wesen, eine Seele in zwei Körpern, zwei Hälften eines Ganzen. Du und ich, wir sind wie ein Vogel und seine Flügel, ein Baum und sein Schatten, ein Himmel und seine Wolken. Du und ich, wir sind völlig gleich trotz unserer Unterschiede.

Als Du nach unserer Trennung Gott verloren hattest, träumtest Du von mir. Du hast nicht mehr gebetet. Du hast von der Hoffnung gelebt, dass es tatsächlich eine Hoffnung gibt und Du, wenn Du überlebst, mich noch einmal sehen, küssen, berühren und in Deine Arme schließen wirst. Du warst mutterseelenallein und todunglücklich. Ich aber lebe in Deiner Liebe. Daran denke ich immerzu, wenn die Nacht über mich hereinbricht, mir den Atem raubt und das Herz vereisen lässt. Ich bezweifle, dass ich überlebt hätte, wären wir uns nicht am Silvesterabend 2007 auf den Stufen meines Elternhauses wieder begegnet. Dafür danke ich Dir.

Danke für Deine Liebe. Danke für diesen zauberhaften August. Danke für die Nächte zu zweit, für die Tage zu sechst, für die Geborgenheit. Danke für hundertfünfzehn Seiten. Danke für Liebesbriefe. Danke für endlose Geschenke.

Ein Hoch auf Dich! Du verwandelst mein Leben in ein Märchen.

Edelsteine des Sommers

SAPHIR DEINER AUGEN SMARAGD meiner Augen Onyx der Nacht Rubin der Liebe · Turmalin des Himmels Indigolith des Abendlichts Rubellit des Tagesanbruchs Feueropal der Sonne · Zirkon des Regens Rosenquarz des Windes Aquamarin des Wassers Mondstein der Tautropfen · Bernstein der Eberesche Malachit der Eichen Granat der Kirschen Gelber Diamant der Zitrone — Du hast sie mir alle geschenkt.

Und ich habe viel über den Beruf eines Goldschmiedes von Mary gelernt ;)

Mili verschenkt Eli

„DADDY, WAS DENKST DU, mag Frankie Babys?“
„Ich glaube schon. Warum fragst du?“
„Na, wenn Eli größer ist, und Mummy ihn nicht mehr füttert, können wir ihn Frankie schenken. Er wird sich darüber freuen. Er hat keine Babys.“
„Mili, Schätzchen, wir können doch nicht deinen Bruder verschenken.“
„Warum denn nicht? Er tut sowieso nichts. Er schläft und weint.“
„Als du klein warst, hast du auch nur geschlafen und geweint.“
„Jetzt weine ich aber nicht mehr. Sogar wenn ich hinfalle. Sogar wenn mich Fritzchen beißt. Daddy, überleg mal, wir haben doch Kittys Babys verschenkt. Frankie hat ein schönes Zuhause. Und Theo. Und Ginger. Und Kuchen. Es wird Eli bei Frankie gut gefallen.“

Nach langem Überreden hat die kleine Räuberin beschlossen, Eli noch eine Chance zu geben. Sie wartet ab, bis er älter ist, nicht mehr schreit und mit ihr spielt. Kostja und Niko haben es viel schlechter getroffen. Wir mussten ständig aufpassen, dass Mili sie nicht verprügelt. Jetzt besuchen sie zusammen Cleo und Meаdow.

Wir drücken uns die Daumen.

* * *
Как Мили пристраивала Эли

Ein neues Frauenbild

„ICH WILL KEINE PERFEKTE Frau. Ich will keine Drama Queen. Ich will nicht zwei Stunden lang im Bett auf sie warten, während sie sich im Badezimmer zurechtmacht, sich auszieht, den Bauch einzieht, die Augen verdreht, die Beine dekorativ spreizt und mir, dem geilen Bock, einen Gefallen tut, in der Pose einer Märtyrerin erstarrend, die auf einen Orgasmus wartet, der vom Himmel direkt in sie hineinfährt. Ich will eine Frau, die klug und schön ist. Ich will eine Frau, mit der ich lachen kann. Ich will eine Frau, der ich die Wahrheit sagen kann, ohne dass sie sofort hysterisch wird und schreit. Ich will eine Frau, die bereit ist mir zu folgen bis ans Ende der Welt und der ich folgen werde, nachdem ich alles stehen und liegen gelassen hatte. Ich will eine Frau, bei der ich mich nicht verstellen muss und die sich auch nicht verstellt. Eine authentische, echte, keine perfekte. Fuck those ideals.“

„Du meinst ‚eine Frau wie mich‘? Zwinker, zwinker.“

„Ich meine ‚eine Frau wie dich‘. Is that too much to ask?“

* * *
Неидеальная женщина

Эмилиана, дочь разбойника

ХОРОШО, ЧТО МЭРИ ЗАМЕТИЛА пропажу пучка моркови с ботвой, который лежал на столе и терпеливо ждал свершения своей судьбы в кастрюле с супом. В доме было подозрительно тихо.

Я каждые две секунды проверяла электронную почту, потому что ждала важное сообщение, которое до сих пор еще не пришло. Майк развлекал эльфов. Эльфы разыграли спектакль по знаменитой эльфийской пьесе „Уложили отца спать“, похитили морковь и ушли в гости к Клео и Мидоу.

Клео и Мидоу, мама и дочь, живут среди овец на соседской ферме. Клео и Мидоу — шетлендские обворожительные пони цвета молочного шоколада: маленькие и толстенькие, мягкие и шелковистые, умные и дерзкие. Глазки хитрые, ножки короткие, гривы длинные. Эмилиана влюбилась в них с первого взгляда.

Когда мы обнаружили исчезновение эльфов, обежали все комнаты и выскочили во двор, на горизонте маячили красный шарик и три лохматые головки. Майк вручил мне Эли и рванул за эльфами. Я не знаю, за сколько минут он добежал, но возвращались они почти десять минут. Ор стоял до небес. Эльфов сопровождала Тэмми.

Мне кажется, что скоро в Эльфийском государстве появится новый житель…

Die herzlichsten Segenswünsche zu Deiner Taufe, Eli!

HEUTE WURDE IMMANUEL GETAUFT in derselben Sakristei, in der auch Michaels Vater, Großvater, Urgroßvater und alle weiteren Vorväter vor Anbeginn der Zeit getauft wurden.

Der HERR segne dich und behüte dich.
25 Der HERR lasse sein Angesicht leuchten über dir und sei dir gnädig.
26 Der HERR hebe sein Angesicht über dich und gebe dir Frieden.

Mein geliebtes winziges Vögelchen, bitte sei gesund und glücklich!

* * *
Таинство Крещения

Fürchte Dich nicht!

DU RAUCHST VUELTA ABAJO. Du kennst Dich aus mit Weinen Château Lafite-Rothschild. Meine Besessenheit von Dir ist nur die Chimäre einer Erinnerung, Déjà-vu eines widergeborenen Wahnsinns, fremdes Gedächtnis.

Mich graut es davor, meine Augen zu öffnen, nur damit ich sehen kann, wie sich der Nebel meiner Sinnestäuschung zerstreut, das ersehnte Luftschloss einstürzt, der Marmor der Säulen bricht und die Mosaikfenster als ein greller Regen auf mich herniederrieseln. Die scharlachrote Sonne geht unter und verbrennt all das, was von unserem alten Leben überlebt hat. Die eisige neue Wirklichkeit offenbart sich mir in ihrer ganzen Entsetzlichkeit: Ich stehe vor einem verfallenen Haus mit zerstörten Wänden, knarrenden hölzernen Treppen und staubigem Dachboden.

In der verzerrten Zeit im Jenseits meines Alptraums, wo die Parallelen sich kreuzen, hebt sich die Vergangenheit auf, erstarren Augenblicke zu Stalaktiten, und es bleibt nichts, nichts außer der Geilheit, die unerwünschte Gefühle verschlingt und den immerwährenden Schmerz betäubt.

22. August 2007


Fürchte Dich nicht! Wende Dich ab von der Nacht. Der Wahnsinn ist bloß die Abwesenheit Gottes. Gott ist immer in Dir.

А Love Story in Five Pictures

„Eighteen“

Этой фотографии уже давно нет. На фотографии нам было восемнадцать лет. Мы жили в Берлине. Чем больше увеличивалось расстояние между нами и нашими семьями, тем легче дышалось нам. На мне приталенное полупальто с двумя рядами пуговиц, вязаный берет с блестками и серые велюровые джинсы. На Майке светлые джинсы, армейская куртка и непременные растоптанные кеды. Возле нас ряд фонарей. За нами яркая осень.

Когда мы расстались, мать Майка триумфально сожгла почти все мои вещи. Я была уже в Майнце, Майк был еще в Нью-Йорке и ни о чем не знал.

„Sunset Limited“

Год назад Эми подарила нам фотографию, о существовании которой мы не подозревали двенадцать лет. Мы с Майком на перроне вокзала в даунтауне Сан-Антонио. На Майке спортивная куртка с капюшоном, на мне голубая блузка с кружевной вставкой на декольте и широких рукавах. Мои руки обнимают под курткой Майка. Майк прижимает меня к себе, положив руку на мой затылок. Я смутно помню, что постоянно соскальзывала с камня, на котором стояла, чтобы казаться выше. Над нами нет неба, одни облака.

Пару часов спустя мы потеряем Сэмми и перестанем быть.

„Nakedness“

Кейт внезапно поняла, что всегда мечтала стать фотографом, когда шаталась по городу и заметила в одной из витрин — среди книг, рисунков и декораций — объявление „Мы обучаем фотографии“. Кейт регулярно внезапно понимала, что мечтала кем-то стать. Легкомысленность — ее второе имя.

Эту черно-белую фотографию Кейт преподнесла нам в дар на церемонию венчания. Мы с Майком в пустой комнате с громадными окнами. На Майке темные брюки. Он сидит спиной к объективу, со скрещенными ногами. Я сижу на нем. На мне его белая рубаха. Мои руки у него на спине. Его голова у меня на плече. За нами стена с облезшей облицовкой и грязный холодный пол.

„В этой голой спине больше чувств, чем во всем Майке“, — утверждает Кейт. She is kind of right. Мало кто видел его более влюбленным.

„We Never Sleep“

Перед Рождеством я возмутилась, что мы разучились спать. Генри недобро ухмыльнулся и ушел на свидание. Через некоторое время я смущенно разглядывала альбом с интригующим названием „We Never Sleep“. Из этого альбома я почерпнула много интересных сведений:

. в дреме мы фотогеничны, потому что Майк не может состроить гримасу, а я начать ненавидеть будний ад;
. я замужем за Чеширским котом и скорей всего никогда не узнаю, почему я не просыпаюсь, когда он телепортируется в промежуток между моим телом и спинкой дивана;
. во сне наши руки складываются в затейливые геометрические фигуры, например, трапеции и прямоугольники;
. ночью Майк отчаянно боится, что я исчезну, поэтому обнимает меня крепко и врастает в мое тело (момент возникновения подсознательных геометрических фигур).

Утром мы не владеем координацией верхних и нижних конечностей, но слаще сна не бывает.

„Green Shades of August“

Нечаянную радость фотографией „Августовские оттенки зеленого“ доставила нам Мэри. Кто бы подумал, что на переднем плане композиции изображены таки мы. Майк прислонился спиной к дереву, ствол которого нам не удастся обхватить и всей семьей. Я полулежу, склонив голову к его груди. Мы, ха-ха, читаем книгу, ха-ха-ха. Возле нас спит Эли. На заднем плане композиции Мили объясняет Косте и Нико, как правильно целовать деревья.

В воздухе разлито счастье, танцует свет с тенями и медленно переливаются драгоценной россыпью совершенные оттенки августа: золото, малахит, изумруды и уваровиты.

I lOve You, DaDdy

АЛЕНУШКА НАУЧИЛА МИЛОЧКУ С соратниками латинскому алфавиту. Милочкины favourite hobbies du jour: скачка с препятствиями на овце и creative writing. Почти каждый день избранный любимый человек получает в подарок лист бумаги, на котором написано вкось и вкривь цветными буквами различных регистров:

I lOve YOu, DaDdy.
Избранные любимые люди варьируются: иногда я, иногда братья, иногда дедушка или бабушка. DaDdy – это святое. DaDdy остается всегда неизменным.

Daddy has a penis. Mummy has a vagina.

ЗА НЕДЕЛЮ ДО НАЧАЛА летних каникул в Великой эльфийской ложе домой пришла новая Эмилиана. Более мудрая и просвещенная. Она переоделась — погруженная в задумчивость, поужинала — погруженная в задумчивость, погуляла по кварталу с Найдой — погруженная в задумчивость, попрыгала на трамплине — погруженная в задумчивость, почистила гуаву — погруженная в задумчивость, развалилась на диване возле папы и торжественно произнесла: — Daddy has a penis. Mummy has a vagina.

Мы с Майком покраснели, потому что не ожидали такого разоблачения. Я даже немного расстроилась и поинтересовалась: — Is that true? Do you really have a penis? How come? Почему ты молчал? Почему ты мне ничего не сказал? А можно посмотреть? а потрогать? Божечки, как интересно. Какая прелесть. Что значит — Hände weg? Что значит — смотри издалека? Как ты посмел скрыть от меня такую важную деталь своей биографии? Знакома с тобой двадцать семь лет и ничего не подозревала. Живу с тобой, практически в одной постели, пятнадцать лет и ничего не ведала. Что значит — стеснялся признаться? Ты только представь, какие перед нами открываются привлекательные перспективы времяпрепровождения… Нет, куда же ты? Вернись сейчас же!

Все наши друзья, знакомые и родственники знают теперь о нас правду. Как смотреть людям в глаза? Как жить дальше? Где приобрести Камасутру?

Синергия

О КАК ДОЛГО Я томилась и мечтала о нем, как алчно поглощала глазами на магазинных полках, в рекламных проспектах и на экране телевизора. Но мне было нельзя. Майк не дремал. Копченая морская рыба противопоказана к употреблению при беременности.

* * *
Надеть шелковое вечернее платье, обернуть вокруг шеи жемчуг, положить на колени льняную салфетку с вышитыми вензелями. Намазать тоненькую краюшку немецкого ржаного хлеба французской горчицей, посыпать свежим укропом, уложить сверху прозрачные ломтики копченого шотландского лосося и полить соком испанских лимонов. Подавать на тарелке мейсенского фарфора.

Вооружиться столовым прибором из ферритной стали с родовым гербом, отрезáть от бутерброда деликатные кусочки, класть в рот, медленно разжевывать и наслаждаться, наслаждаться, наслаждаться гастрономическим фейерверком: ароматом хлеба, остротой горчицы, освежающей кислинкой лимонов и солоноватым вкусом рыбы, тающей на языке.

Лицо не терять, повизгивать от восторга и урчать сдержанно, в астральной проекции. Вкусив лососевый бутерброд, вздохнуть, избавиться от вилки и ножа, поблагодарить Бога за создание вкусовой сенсорной системы, подняться из-за стола и радоваться жизни.

Hundertfünfzehn Seiten

ICH WOLLTE BLOSS EIN einfaches Exzerpt aus dem Liebesleben verfassen. Einen simplen Text. Keine hypotaktischen Schachtelsätze. Keine rhetorischen Stilmittel. Keine lyrische Prosa. Schlicht, ehrlich, primitiv. Mann, Frau. Zeit, Langeweile. Nähe, Duftstoffe. Hautkontakt, Erregung.

Ich ziehe Dich aus. Du legst Dich hin. Ich küsse Dich. Du streichelst meinen Körper. Ich spreize Deine Beine, winkle Deine Knie an, dringe in Dich ein, bewege mich in Deinem Schoß, während Deine Hände auf meinen Schultern ruhen und beschleunige dann irgendwann den Rhythmus. Du krallst Deine Finger in meinen Rücken und zuckst. Ich ergieße mich und lasse mich keuchend auf Dich niedersinken. Vorspiel, Beischlaf, Orgasmus. Keine Zärtlichkeit danach.

Was soll ich sagen? Verzeih mir. Ich habe kläglich versagt. Am Ende kam doch die beschissene Romantik heraus. 163 851 Zeichen, 30 673 Wörter, 115 Seiten.

Letzte Woche

LETZTE WOCHE FLOG DIE Zeit nur so vorbei. Letzte Woche fingen wir Feuer zwischen Stille und Ewigkeit im Schatten eines Mandelbaums unter der warmen Sommersonne, während die Blumen unendlich zart glühten. Letzte Woche verschmolzen wir vollkommen. Letzte Woche heulten wir vor Lachen. Letzte Woche weinten wir Freudentränen. Letzte Woche starrten wir am Tage das goldene Grün der Hügel an. Letzte Woche blickten wir des Nachts in den blauen Seidenhimmel, den der Mondschein erhellte, sahen Sterne fallen und gaben uns der Leidenschaft hin. Letzte Woche spielten wir Verstecken. Letzte Woche betrachteten wir einen Regenbogen. Letzte Woche pflückten wir saftige reife Brombeeren und fütterten uns gegenseitig. Letzte Woche badeten wir nackt in einem See, schenkten uns einander im Regen und tanzten völlig versunken ineinander bis zur Mitternacht. Letzte Woche stürzte ich ab, aber Du halfst mir wieder auf die Beine. Letzte Woche zerbrach ich fast am Herzschmerz, aber Du ließ meine Seele frohlocken. Letzte Woche flüsterten wir viel. Letzte Woche lächelten wir oft. Letzte Woche buk ich zum ersten Mal Shortbread mit Pistazien. Letzte Woche räucherten wir deliziösen wilden Lachs zu Mittag und kredenzten Gefilte Fisch mit schmackhaften Zwiebeln und Karotten zu Abend. Letzte Woche hatten wir zwei romantische Verabredungen. Letzte Woche flirtete ich heftig. Letzte Woche umarmtest Du mich ganz fest. Letzte Woche küsste ich Dich fordernd und hart. Letzte Woche küsstest Du mich überall langsam und sanft. Letzte Woche sehnte ich mich nach der Wärme Deines Körpers, kostete von der Süße Deiner Lippen, nahm Deinen Geruch auf meiner Haut wahr und spürte, wie Dein Atem in die Höhe schnellte. Letzte Woche berührtest Du mich, und ich konnte nicht aufhören zu beben.

Letzte Woche liebtest Du mich — wild, maßlos und unersättlich. Letzte Woche liebte ich Dich, genoss jeden einzelnen Moment und war tadellos glücklich.

Komm bald zurück, mein Geliebter. Ich zähle die Sekunden. Ich warte auf Dich beharrlich.

Three weeks of Scotland

ЭЛЬФАМ КАК-ТО БОГ ПОСЛАЛ центнер лимонов, тонну лука и цистерну подсолнечного масла. Эльфы недолго думали и сделали заготовки на осень: соленые лимоны, лимонный чатни, луковый релиш и масло с травами, чесноком или перцем чили.

* * *
Уехали ограждать меня от ночи, смотреть в шотландское небо, покорять шотландские горы и охотиться на Несси.

Là breith sona dhuit, mo nighean donn!

ОТВАЖНАЯ ДЕВЧОНКА МИЛОЧКА ПРОСНУЛАСЬ в полшестого и потребовала подарки. Many, many, many gifts.

* * *
Ома подарила Милочке куклу Настеньку. У Настеньки капризное лицо с круглыми щеками, пухлые губы и белокурые локоны. На Настеньке надеты клетчатое платье, носочки и ботиночки. Настенькин берет мы заломили на левую сторону. Милочка обещала познакомить Настеньку с Михайло Потапычем. Они подходят друг к другу. Настенька почти такого же роста, как и Милочка.

* * *
Опа Милочки всю жизнь изготавливал добротную мебель и реставрировал церковные интарсии. Ко дню рождения Милочки он смастерил стульчик с ящичком. И спинка стульчика, и стенки ящичка украшены деревянными мозаиками: озорной девчонкой с двумя хвостиками на макушке, хитрыми котами, добродушными собаками, сказочными конями, цветами и пчелками. Милочкин стульчик подозрительно похож на трон. В ящичек Милочкиного стульчика можно спрятать удивительные вещи.

* * *
Грендма Милочки не всю жизнь изготавливала элегантные ювелирные украшения. Она до тех пор успешно играла в юриста, пока золотых дел мастер не превратил ее в волшебницу. Ко дню рождения Милочки родители Майка подарили овальный медальон из кельтского золота с изображением святой Эмилианы.

* * *
Утром Милочка гладила через скайп дедушку и приговаривала: „Ты не плачь, грендпа. Ты не плачь, грендма. Я приеду к вам скоро и останусь до маминого дня рождения. А потом уеду. Но ты не плачь. Потому что потом я опять приеду“. Дедушка с бабушкой крепились из последних сил, обнадеженные блеском Милочкиных глаз и сердечными словами.

* * *
Мы с Майком подарили Милочке книжку со сказками… о Милочке. Сказки писала я, иллюстрации делала Эми. Книжку Милочка спрятала в ящичек стульчика, объяснив, что сказки мы будем читать перед сном, сразу после того как споем „Little Bo Peep has lost her sheep“. — Не наоборот? — уточнили мы. — Нет. Сначала — песня, потом — сказки, — рассердилась Милочка.

* * *
Вечером к Милочке в гости приедут Аннхен, Томми, София и Густав.

Милочкины друзья принесут с собой подарки. Many, many, many gifts.

All unsere Liebe zu Deinem Geburtstag, Täubchen!

НАША СЛАДКАЯ БЕССТРАШНАЯ ДЕВЧОНКА, наша звездочка, наша бабочка, наш ангел, тебе сегодня исполняется четыре года.

Мы долго не могли поверить в свое счастьe, но ты нас спасла, исцелила наши души, убедила в возможности чуда и научила любить без страха, доверять без оглядки, радоваться без тени сомнения и дарить без задней мысли.

Пусть с каждым днем становятся сильнее твои крылья — для неба, а мы всегда будем твоими корнями — на земле.

С Днем рождения, Эмилиана!

I Now Pronounce You Husband and Wife!

НА МНЕ БЫЛИ СЕРОЕ платье с кружевами и балетки, на Майке — рубашка и брюки. Ровно четыре года назад нам выдали ничем не примечательный лист бумаги с тривиальным текстом:

This certifies that
Michael and Linda
were united in marriage on this day,
the 4th day of August in the year 2011.

Самые счастливые четыре года нашей жизни.

Как мы с Муськой в банк ходили

ГОСТИМ У МАМЫ. МЕНЯ всю ночь троллила Кошацка. Пишу жалобы в ООН. Пушель хихикает.

* * *
По традиции ходила утром в банк. Встретила соседскую красавицу Муську. Позвала, поздоровалась, погладила. Муська задрала хвост и включила тарахтелку. Так и шли: cправа я, слева Муська, спереди солнце, сзади луна. Что, лето кончилось? Где наши идеальные восходы в четыре утра?

Пока я плясала в банке, Муська терпеливо ждала меня на улице. Домой пришли вдвоем. По дороге судачили о Катценбург. Кошацка и Пушель злобно пыхтели возле двери и схватились за сердце, когда увидели, как я выношу на площадку баночку тунцового паштета. Дабы избежать вендетты, уезжаем днем в провинцию. В провинции нас ждут четыре щенка (дети Майи и Арагона, племянники Найды и Ориона, Мишкины внуки — хаха).

* * *
Синоптики обещают тропики.

* * *
Куда же так быстро летит время?

La bellezza di Firenze


СЕМЬ ДНЕЙ И ШЕСТЬ ночей три медвежонка учили Рихарда кротости и терпению, пока четвертый путешествовал по доисторической родине на груди у Мишки в слинге с кольцами. Медвежонку два месяца. Он был приятен в общении: много чирикал, часто улыбался и рассказывал смешные эпизоды из своей жизни.

* * *
Во время полета во Флоренцию медвежонок вел себя тихо и спокойно. Мама медвежонка ныла, обзывалась и щипалась. Папа медвежонка изображал из себя иностранца, делал вид, что не знаком с мамой медвежонка и игнорировал ее шипение: „Are you serious? На целую неделю? Нет, правда, Мишка, ты с ума сошел?“

* * *
Во Флоренции мы не бегали по местам скопления туристов, а сразу потерялись в саду. Не знаю, чем занимались Мишка с медвежонком, но я первые сутки спала сном Эндимиона, изредка просыпалась, удивлялась тишине и порывалась искать трех медвежат.

* * *
Город заполонили местные и туристические смартфон-зомби.

Туристических смомби легко узнать по безумным лицам и штативам для селфи. В кафе за столиками сидят супружеские пары, судорожно сжимают в скрюченных пальцах рук смартфоны, а в скрюченных пальцах ног — таблеты, возносят молитвы к дисплею, постят свежие фоточки, вздыхают, нервничают и тщетно пытаются вспомнить имена друг друга.

Иногда встречаются настоящие люди. Клянусь. Сама видела. Живые глаза. Живые улыбки. Survivors of the Apocalypse.

* * *
Во Флоренции всё лучше, чем в Берлине: небо лучезарнее, воздух прозрачнее, вода теплее, трава зеленее. Цветы пахнут. Помидоры пахнут. Персики пахнут. Самая простая еда кажется амброзией, а лимонад — нектаром богов. Даже не знаю, почему ;)

* * *
Michael, ich liebe Dich! Очень. Очень-очень. Очень, очень, очень.

Спасибо за Флоренцию, спасибо за сад, спасибо за одиночество, спасибо за романтику, спасибо за старые воспоминания, спасибо за новые впечатления. Люблю, люблю, люблю. Очень. Очень-очень. Очень, очень, очень.

* * *
Во время полета в Берлин медвежонок сморщил носик, замахал ручками, засеменил ножками и честно предупредил: „Сейчас спою“. Пел медвежонок звучно и красиво. Пел о судьбах, о преимуществах грудного вскармливания, о папе, о маме, о трех медвежатах, о котах и церберах, о днях и ночах. Пел громко и задушевно. Все остались довольны.

* * *
Воссоединение с медвежатами протекало бурно и эмоционально. Рихард был кроток, терпелив и еще более молчалив, чем обычно.

* * *
Милки Вей висит на шторе. Костенька снимает со стены обои. Коленька качается на люстре. Everything is awesome. We are home. У нас в семье новый Живот. Чей?