About the Nation of Storytellers in My Life

— МАЙКЛ, НЕ ХМУРЬСЯ, ТЕБЕ сколько лет?
— Linda, don’t patronize me.
— Майкл, не щурься, это увеличивает количество морщин вокруг глаз.
— …
— Майкл, не смотри на меня исподлобья, этот взгляд тебя не красит.
— …
— Майкл, что случилось с твоим лицом?
— Пытался одновременно нахмуриться, прищуриться и посмотреть исподлобья.
— Упрямство не доведет тебя до хорошего, так и знай.
— Au contraire, mein Leben. Благодаря моему упрямству мы вместе.
— Ты куда?
— К зеркалу. Тренироваться.

Старший Эльф уехал. Младшие эльфы остались дома. Создали Триумвират, весь вечер заглядывают в зеркало, хихикают, кривятся и строят рожицы. Интересно, в кого они такие?

***
На детской площадке о Старшем Эльфе ходят легенды: звать его не то Клаус-Юрген, не то Дитер; родом он не то из кельтских племен, проживавших во времена Первого крестового похода на поволжских берегах, не то из коренного индейского народа ашкеназов; говорит не то на идиш, не то на гойдельском, в любом случае: на каком-то непонятном, а скорей всего — воображаемом языке; работает не то коммивояжером по продаже пылесосов, не то ночным сторожем в закрытом отделении психиатрической больницы. И если бы королевы психопатки детской площадки не терзались смутными подозрениями насчет контактных линз, единственным достоверным сведением о Старшем Эльфе послужил бы невероятно синий цвет его глаз.

Я выходила замуж за очень скрытного, серьезного, честного, порядочного эльфа. Сказочник бесплатно прилагался в придачу.

— М.Р., прекратите врать, — пристыжаю я изредка своего чистосердечного, прямодушного эльфа.
— Не прекратим, — надменно отвечает уставший после ночной смены в закрытом отделении психиатрической больницы кельтский индеец-ашкеназ Клаус-Юрген.
— Почему не прекратите?
— We’re a nation of storytellers.

***
Синеглазая эльфа Эден, папина дочка, является таким же ярким представителем народа сказочников.

В среду она поведала детсадовскому коллективу печальную истину: „Папа сбежал. Теперь мы разговариваем по Скайпу“. Воспитательницы пригорюнились, начали собирать чемоданы и покупать билеты на самолет, но к счастью недоразумение вовремя выяснилось и никто не потерял свое лицо. Папа остается в семье, не смотря на далекое расстояние.

На достигнутом синеглазая эльфа Эден не остановилась и сообщила всем о любовных отношениях Екоторины Змей-Горынычевны котонессы фон Катценбург с Фридрихом Базилеем Рожароссой: „Китти и Фриц кричат. Они поженятся и родят младенцев“.

***
Старший Эльф задумался. Когда мои эльфы задумываются, на светлом эльфийском челе загорается красный индикатор, всплывает мыслительное табло, и даже самый неискушенный наблюдатель понимает, что эльфийское сердце лишилось покоя.

— Ты читала о шумоизоляции в квартире… — заметно волнуется Старший Эльф.
— Да. Ты это к чему вдруг вспомнил? — несуразно хихикаю я.
— Это к тому, что если мой ребенок придет и скажет: „Мама и папа кричат. Они поженятся и родят младенцев“, — то в детский сад ты меня больше ничем не заманишь.

Так синеглазая эльфа Эден помогла мне понять, что я замужем за скрытным, серьезным, честным, порядочным, чистосердечным, прямодушным, стеснительным эльфийским сказочником, и в нашем активном лексическом запасе появились технические термины „маты шумопоглощающего материала из пенопласта“, „звукоизолирующие плиты“ и „обрешетка под гипсокартон“.

***
Вся власть эльфам! Каждой эльфе по мягкой постели!

Иду дремать. Еще две ночи…