Про совершенную любовь

ДОВЕРИТЬ СИНЕГЛАЗОЙ ЭЛЬФЕ ЭДЕН спящего отца – всё равно, что попросить котю Китти присмотреть за трехлитровой банкой свежей сметаны.

Синеглазая эльфа Эден безутешно вздохнет, поерзает, неуверенно коснется одеяла, переложит зеленого зайца с одного места на другое, положит на подушку медвежонка, сделает козу рогатую Найде, испугает козой рогатой Фридриха, пройдется козой рогатой по одеялу. Бросит недоверчивый взгляд в сторону открытой двери. Подползет поближе, приподнимет край одеяла, подует в лицо, поцелует, потрогает за нос, вздохнет, перелезет за спину, ловко используя ребра вместо ступеней, доползет по-пластунски до колен, морским котиком перекатится через ноги, приподнимет другой край одеяла, пощекочет пятку, не дождавшись ответной реакции, вздохнет, совершит восхождениe Эвереста в обратном порядке, заберется сбоку на плечо, еще раз приподнимет край одеяла и, встретившись взглядом с такими же васильковыми глазами, благодушно поинтересуется:

– Не спит‘?
– Не сплю.
– Втавай йитовать.

В этой сложной ситуации следует действовать согласно инструкции по эксплуатации синеглазых эльф.

И ты мог бы мгновенно изловить синеглазую эльфу, схватить ее в охапку, бережно сжать в своих объятиях, щекотать, обнимать, целовать и даже слегка покусать за розовое ушко. Эльфа не обидится. Эльфа порозовеет, станет махать ручками, дрыгать ножками и в идеальном случае заливаться смехом, обнимать за шею и щедро возвращать поцелуи, одновременно предпринимая слабую попытку освободиться из твоих медвежьих объятий.

Ну а если ты вдруг заснул двадцать минут назад, потому что вечером наконец-таки оторвал за уши от ноутбука меня и вывел на прогулку. И, конечно же, марафон не состоялся, кто бы сомневался, и, конечно же, мы не добежали и до следующей станции метро, потому что воздух был таким хрустально-ледяным, потому что с деревьев безмолвно падали последние листья, падали в небо и рассыпались каменьями, а с неба сыпалась сумеречная звездная пыль, кутала в туманный дождевик голые дубы. И ночь была такой лирической и эмоциональной, что было жаль терять ее на сон.

Ну а если ты вдруг заснул, когда уже задребезжал рассвет, то, скорей всего, ты схватишь синеглазую эльфу в охапку, затянешь под одеяло, бережно сожмешь в своих объятиях и прошепчешь: „Тихо, крошка, мы спрячемся от мамы“, – и уснешь вместе с благоухающей миндалем, адвентскими печенками и беспечным детством эльфой, и это будет невыносимо божественно и трогательно.

По крайней мере – для меня. Ты же и не догадываешься о существовании случайных очевидцев.

А когда ты проснешься, я разревусь и скажу тебе, что люблю тебя до боли в душе, до слез в горле, до остановки дыхания за то, что я тебя знаю, за то, что ты у меня есть, за каждую секунду, за такие вот украденные моменты.

Advertisements