Про совершенную любовь

ДОВЕРИТЬ СИНЕГЛАЗОЙ ЭЛЬФЕ ЭДЕН спящего отца – всё равно, что попросить котю Китти присмотреть за трехлитровой банкой свежей сметаны.

Синеглазая эльфа Эден безутешно вздохнет, поерзает, неуверенно коснется одеяла, переложит зеленого зайца с одного места на другое, положит на подушку медвежонка, сделает козу рогатую Найде, испугает козой рогатой Фридриха, пройдется козой рогатой по одеялу. Бросит недоверчивый взгляд в сторону открытой двери. Подползет поближе, приподнимет край одеяла, подует в лицо, поцелует, потрогает за нос, вздохнет, перелезет за спину, ловко используя ребра вместо ступеней, доползет по-пластунски до колен, морским котиком перекатится через ноги, приподнимет другой край одеяла, пощекочет пятку, не дождавшись ответной реакции, вздохнет, совершит восхождениe Эвереста в обратном порядке, заберется сбоку на плечо, еще раз приподнимет край одеяла и, встретившись взглядом с такими же васильковыми глазами, благодушно поинтересуется:

– Не спит‘?
– Не сплю.
– Втавай йитовать.

В этой сложной ситуации следует действовать согласно инструкции по эксплуатации синеглазых эльф.

И ты мог бы мгновенно изловить синеглазую эльфу, схватить ее в охапку, бережно сжать в своих объятиях, щекотать, обнимать, целовать и даже слегка покусать за розовое ушко. Эльфа не обидится. Эльфа порозовеет, станет махать ручками, дрыгать ножками и в идеальном случае заливаться смехом, обнимать за шею и щедро возвращать поцелуи, одновременно предпринимая слабую попытку освободиться из твоих медвежьих объятий.

Ну а если ты вдруг заснул двадцать минут назад, потому что вечером наконец-таки оторвал за уши от ноутбука меня и вывел на прогулку. И, конечно же, марафон не состоялся, кто бы сомневался, и, конечно же, мы не добежали и до следующей станции метро, потому что воздух был таким хрустально-ледяным, потому что с деревьев безмолвно падали последние листья, падали в небо и рассыпались каменьями, а с неба сыпалась сумеречная звездная пыль, кутала в туманный дождевик голые дубы. И ночь была такой лирической и эмоциональной, что было жаль терять ее на сон.

Ну а если ты вдруг заснул, когда уже задребезжал рассвет, то, скорей всего, ты схватишь синеглазую эльфу в охапку, затянешь под одеяло, бережно сожмешь в своих объятиях и прошепчешь: „Тихо, крошка, мы спрячемся от мамы“, – и уснешь вместе с благоухающей миндалем, адвентскими печенками и беспечным детством эльфой, и это будет невыносимо божественно и трогательно.

По крайней мере – для меня. Ты же и не догадываешься о существовании случайных очевидцев.

А когда ты проснешься, я разревусь и скажу тебе, что люблю тебя до боли в душе, до слез в горле, до остановки дыхания за то, что я тебя знаю, за то, что ты у меня есть, за каждую секунду, за такие вот украденные моменты.

Advertisements

Кому кошатинки? Вкусной, сочной кошатинки?

ВЕДУ СРЕДИ КОТЬКИ ГАДЮКИНОЙ (она же котя Китти, она же Екoтoрина ф. Катценбург, она же крестная мать преступного синдиката Коша Ностра) разъяснительную работу:

– [в новостях рассказывают о благородной швейцарской традиции сначала завести котика, а потом его под шумок зажарить и сожрать] Катценбург, видела, что в Швейцарии происходит? В Люцерне, Берне, Аппенцелле и Юре кот – это не только ценный мех, но и три-четыре… ну, хорошо, в твоем случае – десять-пятнадцать… килограммов диетического, легкоусвояемого мяса. Еще раз заминируешь какой-нибудь стул, соберу все твои манатки: лотки, меховых мышей, когтеточки, меченные коврики, домики, корзинки, центнер паштетов, тонну наполнителя – и поедешь работать няней в Люцерн.

Катценбург поморгала, зевнула, напугав своими клыками всех вампиров в округе, повернулась ко мне пушистым задом и завалилась спать.

Не посоветует ли кто рецепт деликатного приготовления вислоухого монстра?

Как разоблачить шпиона советскими шлягерами

СИНЕГЛАЗАЯ ЭЛЬФА ЭДЕН ТОРЖЕСТВЕННО исполнила в детском саду „И снится нам не рокот космодрома, не эта ледяная синева“. Исполняя советский шлягер, синеглазая эльфа Эден раскачивалась из стороны в сторону и элегантно оттягивала штанины модных полосатых брюк. Бдительные воспитательницы насторожились, откуда у синеглазой эльфы, носительницы шотландско-итальянской фамилии, такие основательные знания советских шлягеров. Эден демонстрировала поразительное сходство характера с Майком и не кололась.

– Эден, а откуда ты знаешь русский?
– От Пушеля.
– А кто такой Пушель?
– А мой друг, – лаконично пожимала плечами эльфа.

Каюсь: советские шлягеры – это дело моих рук. Я очень люблю откопать какую-нибудь старую песню и прослушивать ее в режиме циклического воспроизведения неделю-другую. В нашем репертуаре не только „Трава у дома“, но и „Не вешать нос, гардемарины“, „Три белых коня“, „Песня про Медведей“ и другие шедевры далекого детства. Меня разоблачили, я призналась и заодно выяснила, что серьезная хрупкая [воспитательница] фройляйн Майер в действительности своя в доску саратовская Аленка. Детский сад мне начинает нравиться. Реветь больше не буду.

Немного жаль, что после разоблачения мы уже никогда не станем прототипами героев сериала „The Germans“.

***
– Крошка, а не пора ли тебе спать?
– Нет, я катигаичиски отказываюсь спать.
Катигаичиски? – уточнил Майк.
Катигаичиски! – подтвердила эльфа.

Когда я засыпала, увитая котами, синеглазая эльфа Эден всё еще жизнерадостно скакала по отцу.

Aus Liebe zu Sprache

ФРАУ БЕККЕР, УРОЖЕНКА БРАНДЕНБУРГСКОЙ земли, переводчица русского и польского языков, снизошла в приступе безумия до простой смертной и сделала мне комплимент:

– А Вы, и впрямь, неплохо говорите по-русски…
– Да что Вы, – засмущалась я, – я никогда не смогу опуститься до Вашего уровня.

Переводчица русского и польского языков засветилась снисходительной улыбкой.

What in the world is wrong with these people?

Про перфекционизм и гостеприимство

К МАМЕ В ЧЕТВЕРГ придут снимать показания счетчиков воды. Мама вся в волнениях и ожиданиях.

– Надо будет навести порядок, помыть полы, протереть окна, повесить новые шторы. Такой бардак кругом, так запустила квартиру.
– Мама, ты каждый день что-то моешь, трешь, чистишь, полируешь, красишь и белишь. Какой бардак, какое запущение?
– Нет. Чужой человек придет. Надо постирать, постельное белье заменить.
– (задний план, серьезный голос масона) Конечно, постельное белье – это Альфа и Омега. Человека следует встретить приветливо, предложить место, где бы он мог полежать.

Как мне стало смешно. Как я начала ржать, закатываться от смеха, хвататься за живот, краснеть, одновременно смахивать слезы и хрюкать.

Мама оскорбилась: „Смех без причины – признак дурачины“, – говорит и тянет руки к пылесосу.

Всё-таки мне присуще жуткое обаяние. И смех у меня оптимистичный, будто колокольчики звенят. Вот – опять хрюкаю.

А впредь, как воспитанная хозяйка, я никогда не забуду предложить технику отдохнуть полчасика на свежевыстиранных, выглаженных простынях.

***
Посмотрела, говорят ли „как воспитанная хозяйка“, прочитала в первой же ссылке „Воспитанная хрюшка кушает с хозяйкой“. Задумалась.

Über die Magie der Zerstörung

МАМИН СОСЕД ГАНС, ЕГО возлюбленная Алтынаджак и мои коты нанесли мне на выходных тяжелые психические травмы. Пятый раз пытаюсь облачить свой кошмар в слова. Слов таких еще не придумали.

Всю ночь с пятницы на субботу, всю субботу, всю ночь с субботы на воскресенье, всё воскресенье Ганс и Алтынаджак принуждали нас в насильственном порядке быть свидетелями их бурной половой жизни. Знойная Алтынаджак обладает таким голосовым аппаратом и воодушевлением, что от зависти надуется и лопнет тасманский дьявол. Демоническая страсть тасманского дьявола – это тьфу! для Ганса и Алтынаджак, это скучно, это тихо, это мало. Мамины коты и наши ангелы с интересом задирали к потолку головы, я краснела, Майк отводил взгляд, мама хохотала, гости конфузились, Ганс и Алтынаджак любили друг друга, как в последний раз. Наша надежда на то, что у Алтынаджак осипнет голос, порвутся голосовые связки, задымятся находящиеся в эксплуатации органы таяла с каждой минутой. Нам было неудобно, Ганс и Алтынаджак гордились своими грандиозными успехами.

Алтынаджак – жена Йенса, младшего брата Ганса. Йенс живет в соседнем подъезде. С Йенсом живут три ребенка (младенческого, дошкольного и школьного возраста).

***
Нет, мы, конечно, были не правы, когда заподозрили котов во всевозможных преступлениях. Коты вели себя достойно. По приезде домой встретили нас военным парадом и похоронным… не то… Йоркширским маршем, были предельно вежливы, улыбались, любезничали, заключали в объятия, торжественно пожимали ноги.

Зря мы в гостиную пошли. Надо было оставаться жить в прихожей.

Коты, кто бы сомневался, попытались сожрать в один присест весь кормовой запас, обожрались, заблевали всю кухню, два коридора, гостиную и прихожую. Подрались. Выкинули в прихожей с полок всю обувь, до которой добрались. В обуви устроили искусственные водоемы. Сбросили со столов всё, что мы не прибили или не приклеили. Перечитали легенду об Абгаре, разорвали в клочья и устроили искусственный водоем. Подрались, поспали, дожрали все, что не успели сожрать, обожрались, наблевали, прикрыли. Посидели на подоконнике, перебили все баночки с растеньицами авокадо (двенадцать невинных тел). Покатались на шторах. Побегали по потолку. Покатались на моей куртке, скинули, устроили искусственный водоем. Соскучились, загрустили, надумали разводить креветок, устроили по углам аквакультуры. Поиграли в Бастет: сначала мумифицировали друг друга в плед на диване, бесновались, потом декоративно разложили по полу. И это только то, что мы обнаружили.

Нет, мы не сквернословим, честно. Ангелы не дремлют, всё запоминают, записывают и демонстрируют незаурядные знания языков в самый неподходящий момент. Майк на котов обиделся, я его не осуждаю. „Was seid ihr doch für Wichser?!“ – говорит, а сам ползает по углам с дезинфекционным раствором. Коты бегают следом, наблюдают с безопасного расстояния, отнекиваются. Мол, ничего не знаем. Мы ни при чем. Это всё кролики.

Я посмотрела, как „Wichser“ на русский переводится. Точный, прегнантный перевод.

Полвторого. Сейчас позавтракаю, пойду к психиатру и за валерьянкой.

Про маленьких серьезных ангелов

23 ноября 2012 года в два часа ночи на юге штата Техас в городе Сан-Антонио родились маленькие серьезные ангелы, радушно приветствовали нас, перекусили и уснули, слившись в привычной позе в единый организм. «Как, ну, как они в тебе помещались? Если бы не видел своими глазами их рождение, не поверил бы, что они нашли место в таком маленьком животе», — заметил растроганный Майк. Я тоже заподозрила маленьких серьезных ангелов в хитрой уловке.

«Эйдан-Эрон? Виктор-Винсент? Колин-Камерон? Йоэль-Йонатан? Салат-Латук?» — долго и нудно расcпрашивали мы синеглазых розовощеких младенцев, хотя с самого начало было понятно, что они Константин и Николас.

Мне нравится думать, что дети еще до рождения выбирают своих родителей: сидят в Небесной канцелярии за дубовыми столами, просматривают резюме, присматриваются к лицам потенциальных родителей, придумывают сценарии своей будущей жизни, советуются со взрослыми серьезными ангелами и выбирают. И еще я испытываю глубокую благодарность к маленьким серьезным ангeлам, за то, что выбрали нас (таких неловких, нелюдимых, странных, перекореженных) и окончательно и бесповоротно изменили нашу жизнь; за то, что мы узнали о существовании любви еще более покорной, умиротворяющей, бескорыстной и совершенной, чем та, которую мы испытывали друг к другу.

Спасибо за то, что каждый день завлекают нас в свой волшебный мир, заражают своим смехом, делятся своим восторгом, учат замечать во всём позитивную искорку и обогащают словарный запас невероятными лингвистическими конструктами. Спасибо за то, что обнимают, гладят по голове, вытирают слезы и целуют, целуют, целуют, когда мы разваливаемся на части, разливаемся мутными озерами и увязаем по самую макушку в беспросветной тьме.

«Хватит реветь, придурки. Радуйтесь!» – сказала нам мама перед сном дружелюбно. Время одиннадцать — и мы уже почти взяли себя в руки.

Про принятие важных решений

Утро с близнецами провели в бегах и суете.

Сходили в магазин, разгрохали банку соленых огурцов, закупились. Пришли домой. Испекли бейглы, пшеничный хлеб и праздничный торт, сделали форшмак, сварили огонёк.

Пока близнецы ели теплый хлеб с форшмаком, котя Китти выкатила из-под стола луковицу. „Катценбург, – спрашиваю, – зачем луковицу украла? Она тебе нужна?“ Перемолола луковицу, добавила в форшмак, тщательно перемешала, понюхала, сглотнула слюну, понюхала, пережила временный провал памяти, пришла в себя, кто-то сожрал почти весь форшмак. Очень благодарная еда, почти веганская [краснеет]. Работы на пять минут: пропустить через мясорубку сливочное масло, четыре филе сельди, картофелину, два яйца, зеленое яблоко, украденную луковицу, укроп. Можно поперчить и посолить, но это уже излишества.

Когда объявятся масон и племянники, мы постараемся загрузить всех в две машины [чешет в затылке] и отправимся на выходные к маме – ГДР-ничать и справлять сразу три дня рождения.

В доме за старшую остается Катценбург. Она сначала плакала, жаловалась Рожароссе, а потом они ушли в коридор, пошептались. Теперь плачу я. Думаю, может, нам в воскресенье уже и домой не возвращаться, может, нам сразу стоит начать искать новую квартиру? К Катценбург у меня нет особого доверия. Что-то мне боязно.

Про Вихтеля и Гумми Бера

– ЭДЕН, ПОЧЕМУ В КОРИДОРЕ валяется мишка?
– Мы поругались.

Подняла, отряхнула, посадила на полку к куклам, ушла на кухню, возвращаюсь – валяется. Серьезная была ссора.

***
Вечером Майк с Эден вышли на пять минут погулять с собаками и отнести корм Петруччо. Через час вернулись, принесли каштаны, привели с собой обалденного Вихтеля в красной шапке, в красных башмаках, с длинными белоснежными патлами. «Мама, когда мы будем наряжать елку?» – требовательно поинтересовалась Эден прямо у двери. В детстве я тоже очень любила нарядить елку пораньше, но не в ноябре же?

Фридрих как услышал про елку, так и слинял. Помнит, видимо, прошлогодние приключения, когда он ночью полез на елку изображать Рождественскую звезду, зацепился, испугался, дернулся, свалил елку, разлил по всей комнате воду, разогнал цветные шарики и истошно орал, пока мы его не спасли.

У Китти с Вихтелем случилась любовь с первого взгляда. Она его сладострастно обнимала, целовала, ластилась к нему, а потом попыталась унести за диван.

***
Около шести утра в доме завелся Гумми Бер. Мы сначала молча наслаждались концертом, а когда стало невмочь, и мы заржали, как кони, Гумми Бер замолк, прислушался, залился смехом и исполнил песню еще раз.

Про неприятные сюрпризы

У КОТИ КИТТИ ВОЗНИКЛА острая душевная необходимость освежиться.

Она тщательно намылила правую переднюю лапку, помыла щечку, помыла лобик, помыла носик, причесала брови, намылила левую переднюю лапку и повторила процедуру. Уселась, педантично сполоснула бочок. Подтянула пузень, пардон, округлый животик, намылила. Потерла губкой хвостик. Элегантно вытянула ножку, поставила на спинку дивана, раскрыла веером лапку и ну упоительно вылизывать пяточку. А в этот момент я ее схватила, завалила на бок, пробежалась рукой по всему августейшему телу, как по роялю и сказала: «А бу-бу-бу, а бу-бу-бу». Котя Китти задохнулась от возмущения, смерила меня презрительным взглядом и решила вновь принять ванну [французский прононс].

Как только она разберется с розовой пяточкой, так я ее и схвачу, и завалю на бок, и сделаю «А бу-бу-бу, а бу-бу-бу».

Про новый будильник

СИНЕГЛАЗАЯ ЭЛЬФА ЭДЕН ГРОМКО поет в своей комнате: „Выгляни в окошко, дам тебе горошку“. С нами в контакт пока не вступает.

Время шесть утра, пора вставать. Даже тем, кто совсем не спал. Кoтя и Федя вставать не намереваются, залезли под одеяло и храпят, как два медведя.

На улице темно и холодно.

Про причинно-следственные связи

СИНЕГЛАЗАЯ ЭЛЬФА ЭДЕН ЛЕЖИТ на кровати, масон сидит рядом с книгой.

– Папа, такая вкусная груша, так и хочется положить тебе на плечо ноги.

И этим всё сказано. И добавить нечего.

Über die Geschichte der Dummheit

или „Предложите вашему ребенку совместный просмотр порнографии“

Мне опять покровительствовали боги фортуны: немецкое телевидение разъясняет смущенным родителям проблематику роста потребления порнографии среди подростков и предлагает научные методы анализа и решение проблемы.

«Выберите с подростком порнографический фильм на свой вкус, тщательно подготовьтесь к эвентуальным вопросам и посмотрите фильм. Вероятно, подросток увидит в фильме что-то такое, чего он больше никогда не забудет. Объясните ему, что это вполне нормально. Не старайтесь завязать дискуссию, обождите реакцию». На экране появляется идиллическая картина: дочь, сын и мама сидят возле ноутбука в позе буквы „зю“. Xарактерные акустические эффекты убеждают зрителя в правильности его догадки касательно тематики синематографического сеанса.

Надо сказать, что в этом репортаже и я увидела что-то такое, чего я больше никогда не забуду и после чего мне непременно стоит обратиться к психиатру, которому я не смогу описать всего ужаса, охватившего меня в ту минуту, а только показать на куклах, и то – с закрытыми глазами в полнейшей тьме.

***
Генри (возраст: 16 лет, рост: 197 см, хобби: девушки, спорт, перемены между уроками) переезжает в другую комнату, переезжает с условием, что он сам организует переезд, поэтому к нам сегодня придут его друзья…

***
За ужином я пошутила: „Майк, завтра придут Паскаль и Саша. А не выбрать ли нам какой-нибудь порно для совместного времяпровождения. Ассоциация Немецких Психологов срочно рекомендует“. Напрочь лишенный какой-либо стыдливости масон подавился куском яблочного пирога, закашлялся, поднялся со стула и молча ушел в рабочий кабинет, прихватив с собой оставшийся пирог, не кусок, нет, а весь оставшийся пирог. Такого с ним доселе не случалось.

Совместный просмотр порнографического фильма и последующая дискуссия временно отменяются.

Осмелюсь признаться, что меня обуяло жуткое желание познакомиться с подобными родителями и подростками. Восхитительные, должно быть, люди.

Про особенности возрастной психологии

– КОСТЯ, СКАЖИ, ПОЖАЛУЙСТА, КУДА делись печенки?
– Мама, я немного съел и закопал под подушку.
– (смеюсь) Костя, мы же не кошки. Откопай и принеси.

Коты учат маленьких серьезных ангелов жизни. Созерцала, как Катценбург крутилась, вертелась, нюхала со всех сторон лоток, долго шебуршала наполнителем, шевелила хвостом, а потом тщательно закапывала с бортов лотка, со стенки, с пола, аккуратно, педантично, лишь бы не коснуться лапкой наполнителя. С опаской думаю о будущем.

***
– Кушай, Китти!

Синеглазая эльфа Эден угощает желтоглазую кошку Китти рисовым пудингом. Китти смахивает слезу умиления и погружается в чашку по самые уши, прикидывается сироткой, а шуба уже трещит по швам.

***
– Я не понимаю, почему эта корова одна, в вызывающей одежде, с алкоголем таскается по лесу. Это не сказка, это порно.
– „Таскается“ не говорят, говорят „гуляет“. И не „эта корова“, а Красная Шапочка.
– О „гуляет“ не может быть и речи. Приличные девки по лесам не таскаются. А потом еще удивляется, почему ее волк в кусты затащил.
– „Девушки“, „гуляют“, не „в кусты“ – в постель.
– Ну, в постель. Еще лучше. „Красная Шапочка“, что, еврейская сказка?
– Нет.
– А почему в Википедии стоит, что еврейская… а, нет, европейская. Я и думаю, не могли евреи такую хрень написать.
– Не „хрень“, а ахинею. Генри, ты за это время уже давно мог бы написать краткое содержание текста и пойти спать.

Наступает тишина, я возвращаюсь к переводу, Генри – к чтению. Через некоторое время раздается триумфальный вопль:

– Gotcha! Right there! I knew it’s a porn story.
– Почему „porn story“?
– Ты Фромма читала? Красная шапочка – символ менструации… зрелая женщина с проблемой половых отношений… психическое расстройство… секс с волком.
– Генри, я тебя прошу, не цитируй Фромма на уроке.
– (sinister smile) …

В полночь мы с Генри занимаемся русским языком, волшебное время для философских размышлений.

А Википедия – зло.

Laterne, Sonne, Mond und Sterne

Святой Мартин скрягой не был. Когда он зимой встретил у городских ворот Амьена, худо одетого голодного нищего, он молча разрубил мечом свой красный военный плащ и подарил ему одну половину. Попроси у меня вчера кто половины моего пальто, я сказала бы: «Нигаварить парюски!» – и застенчиво ретировалась. На улице было прохладно.

***
Вчера вечером нам срочно понадобился конь. Конь у нас есть – гордый белый Брайан. Но он далеко, а Найда близко… «А давайте, – предложила я, – запряжем Найду, нахлобучим на Катценбург шлем и водрузим на… кхм… коня?» – «А давайте, – немедленно оскорбился масон, – запряжем Катценбург, нахлобучим на Фридриха шлем и водрузим на… кхм… коня?» Найда, Катценбург и Рожаросса бросили в нашу сторону презрительный взгляд и скрылись в неизвестном направлении, вероятно, в четвертом кошачьем. Вчера вечером мы их больше не видели. «Мы могли бы нахлобучить шлем на тебя», – продолжала я блистать сноровкой и эрудицией. – «Тогда уж на тебя! Я не католик», – настаивал масон. Так как мы не смогли добиться консенсуса, cвятого Мартина и коня предоставило в наше расположение руководство детского сада синеглазой эльфы Эден.

***
Мы в свою очередь обязались поглотить огромное количество сдобных плюшек с изюмом, спеть баснословное количество песен, помахать несметным количеством фонариков и наклянчить грандиозное количество сладостей и фруктов. К родительским обязательствам мы отнеслись с предельной ответственностью.

***
Возле станции метро Тильплац из мерклого тумана вдруг вынырнула моя приятельница Бертхильд Исламовна, захрюкала от восторга и пропела: «Ой, а я стою, смотрю: табор, думала, это какие-нибудь асоциальные румыны, а присмотрелась: это вы». – «Да, это асоциальные мы», – покладисто согласился весь табор и ушел в ночь, беззаботно гaлдя и размахивая фонариками.

11 ноября – День святого Мартина.

Как Феденька в лавку ходил

ХОДИЛИ В ЛАВКУ ЗА фруктами. Я, близнецы и Феденька.

Про Феденьку – это мы потом узнали, Феденька ходил в лавку инкогнито, ехал, можно сказать, первым классом в нижнем ярусе коляски.

Я, клянусь словом гардемарина, перед тем, как выхожу на улицу, всегда свечу фонариком в каждую малюсенькую щелочку, в какую не могла бы пролезть и мышка, я прекрасно знаю способности своих котов, а сегодня забыла портмоне, сходила домой и ослабила бдительность.

Купила в лавке апельсины и бананы, складываю в сумку, а Костик машет ручкой и повторяет «Федя!» да «Федя!». Я, конечно, ребенка поддерживаю: «Федя, ага. Федя нас дома ждет», – встаю, поворачиваю голову, а на газоне сидит Феденька, смотрит на меня серьезно. Я приятно удивилась и завизжала: «Федька, дрянь ты такая!» Феденька нахмурился, задрал хвост и собрался рвануть погулять. А если Феденька хорошенько разбежится, то гнаться за ним придется до самого Нойруппина, а я с коляской. Принесла извинения и пустилась на лесть: «Федь, Феденька, Федюша, иди сюда, голубчик. Ты что же, придурок рыжий, на улице жить решил? Думаешь, тебя здесь паштетами и тунцом кормить будут? А спать где будешь, Феденька? Здесь подушки не раздают». Я заливалась соловьем, тянула к Феденьке руки, Федька, свинья меховая, отбежит шага на три – и остановится, отбежит шага на три – и остановится. Мы бы, наверное, до обеда в догонялки играли, но у маленького серьезного ангела Нико лопнуло терпение, он строго сказал: «Федя, домой!» – и поманил гаденыша Федьку двумя пальцами, как обычно делает его отец. Феденька заулыбался, подмигнул изумрудным глазом, наступил мне на ногу и чинно прошествовал в коляску.

Кормила беглеца паштетом, боялась, что сбежит. Прохожие пугались адских звуков (чавканья и хрюканья), раздающихся из нижнего яруса коляски, и уступали нам дорогу.

«Федька, – говорю, – еще раз такой фокус выкинешь, улетишь в окно без парашюта. Понял?» Не особо-то меня Феденька боялся.

Залетел домой и ну Катценбург про прогулку рассказывать.

А я пошла пить валерьянку.

Про Алтынаджак и Меновина

– ЖЕНА МАРТИНА КАЖДОЕ УТРО выходит из дома его старшего брата. Что бы это значило?
– Элементарно, Ватсон. Три ребенка с одним братом, три – с другим. У Йенса, кроме Ганса, еще братья имеются?
– Нет.
– Жаль. Никакой самореализации и воплощения желаний в реальность. Как, кстати, дела у твоих сестер?

***
– Ему двадцать семь лет. У него трое детей… с кузиной. Вчера еще один родился. Пока не знают, от кого.
– Но как много это говорит о человеке…
– Например?
– Оптимист, альтруист, филантроп, любитель приключений.
– Певец, танцор, детей обожает.

Какая интересная у людей жизнь.

Welcome to the Zone!

АККУРАТНО К ЮБИЛЕЮ ПАДЕНИЯ Берлинской стены мама делится со мной впечатлениями о некоторых особенностях жизни на территории бывшей ГДР.

***
– Вышла на пять минут на балкон, приняла недельную дозу никотина. Справа курит Розенберг, слева курит Кылычарслан, сверху Пилявский, снизу за двоих беременная Шнайдер.
– Мама, хотела жить в ГДР – наслаждайся.

***
– Крошу синицам хлеб на подоконник, рядом сидят Хлодвиг и Клотильда, просятся на улицу, мимо нас со свистом пролетает телевизор и разбивается, грохнувшись об асфальт. С пятого этажа летел. Наверное, кто-то уезжает.
– Мама, хотела жить в ГДР – наслаждайся.

***
– Открыла крышку мусорного контейнера, а в нем люстра лежит. Хрустальная люстра, шесть рожков в форме лилии. Кто же люстры в мусорный контейнер выбрасывает?
– Мама, хотела жить в ГДР – наслаждайся.

***
– В десять часов звонок в дверь, открываю, я же думала, что это Лена, стоит забулдыга с первого подъезда, раскачивается туда-сюда и орет: «Это ты украла машину! Ты украла машину со своим другом!» – «Пардон, Вы кто? Какую машину?» – «Это ты украла машину! Ты украла машину со своим другом! Я видел, как он смотрел в окно». – «Извините, но в этой квартире никакие друзья не проживают». – «Это ты украла машину! Ты украла машину со своим другом! Я сейчас полицию вызову». Первый раз в жизни вызвала полицию, через пять минут приехали. Иначе бы он еще два дня у меня возле двери орал. Двадцать семь лет прожила в ФРГ, но такое первый раз встречаю… Никто не работает, все разожрались, как свиньи, пьют и женятся, пьют и женятся. Розенберга на днях в больницу увезли. Допился. Ну, как можно выпивать по ящику пива в день?
– Мама, хотела жить в ГДР – наслаждайся.

А я мамин дом люблю. У нее весело.

Про полезные уловки

НЕ ЗНАЮ, ЧЕМ ВЧЕРА занимались респектабельные мамаши, а я изучала на сайте полезные уловки в общении с маленькими серьезными ангелами. Изучила – применила.

Время девять вечера, синеглазая эльфа Эден носится по квартире, за синеглазой эльфой Эден носятся прекрасный рыжий домовенок Эннка, два опьяненных запахом спортивных носков кота, один невоспитанный щенок и я. Изловила, уложила, рассказала сказку, пришла в зал, за мной следом пришла синеглазая эльфа Эден. Изловила, уложила, рассказала еще одну сказку, целую, щекочу и применяю на практике полезные уловки в общении с маленькими серьезными ангелами:

– А кому, если он не будет спать, я сейчас оторву эти крохотные розовенькие ушки? А кому я сейчас намылю мылом шейку?
– А папе! – категорически заявляет находчивая эльфа.

Излишне упоминать, что наш папа сегодня работает с оторванными ушами и намыленной шеей.

***
Натягиваю на Костю новую куртку, куртка ему решительно не нравится, и он начинает капризничать. Я не теряюсь и опять-таки применяю на практике полезные уловки в общении с маленькими серьезными ангелами:

– Костик, смотри, у тебя была старая курточка, ты ее носил, когда летом было прохладно, а сейчас осень, на улице становится холодней, и ты замерзнешь. А новая курточка – это старшая сестра старой курточки [ну, так в советах указали]. У тебя же есть старшая сестра, вот, а это старшая сестра курточки.
– (наставительным тоном) Мама, не сочиняй, пожалуйста!

Я прислушиваюсь к мудрому совету и глупо хихикаю. Без охапок и поцелуев не обошлось.

Воспитательница из меня никудышная.

Про девиантное поведение Екoтoрины ф. Катценбург

НОЧЬЮ ЕКOТOРИНА ФОН КАТЦЕНБУРГ проникла незаконным путем в заветную ванную комнату, раскурочила корзину с грязным бельем, свила из спортивной одежды уютное гнездо и слилась в нем в экстазе со спортивными носками.

О таком непристойном поведении Катценбург я узнала в четыре утра, когда искусительница пришла спать, привычно развалившись на подушке и сунув мне в рот лохматую лапу. Носок-фаворит принесла с собой и попыталась овладеть невинным носочным телом прямо на подушке. Я ойкнула, вырвала из пасти разъяренной Катценбург возлюбленный носок и закинула белье в стиральную машину. Катценбург неистово носилась вокруг да около, сквернословила и злобно ухмылялась. Теперь я знаю, чему. Трех носков не хватает.

Мы к выходным ожидаем гостей, мне боязно представить последствия амурных похождений Катценбург. Ползаю на четвереньках по квартире, свечу фонарем в кошачьи тайники. Коты бегают следом, с интересом наблюдают за моим поведением, делают заметки, шушукаются, но место нахождения беглых носков ретиво скрывают, змееныши меховые.

Ванную комнату на ключ закрывать надо, вот что.

Про наглядную лингвистику

СИНЕГЛАЗАЯ ЭЛЬФА ЭДЕН КУШАЕТ плюшку, запивает миндальным молоком и тяжело вздыхает:

– Ты что вздыхаешь так тяжело, как бабка?
– Плюшки заканчиваются.
– Так мы новые испечем.
– А они тоже закончатся.

Хватаю в охапку, целую, заливается колокольчиком.

***
Разговаривает с бабушкой по скайпу:

– Ома, что ты мне на день рождения подаришь?
– Как это «что подаришь»? У тебя же день рождения в августе был.
– Нет, ома, ты же не можешь мне что попало подарить, ты же сначала должна придумать, что подаришь.

А ома волновалась, что на пенсии ей нечего будет делать.

***
Реформирует русский язык:

– Малыш, иди к папе. Сегодня не надо чистить картошку.
– А если надо, ты меня позовешь?
– Конечно, позову.
– Только ты не забудь. Мне совсем надо.
– Если хочешь, отнеси к столу салат.
– Мама, мама, я уже бегом улетела.

Эден – русский, русский – Эден. Бегом улетела – убежала.

***
Нико наблюдает, как я мажу на хлебные сердечки арахисовое масло и клубничное варенье. Подаю, осматривает со всем сторон и мечтательно произносит:

– Entzückend!

Понятно, у кого он это «восхитительно» перенял? Без циничной коннотации.

Про гедонизм

– Я ДИАГНОСТИРОВАЛА У СЕБЯ аблютофобию, гексакосиоигексеконтагексафобию, мирмекофобию, скелерофобию, андрофобию, гиппопотомонстросескиппедалофобию и эйсоптрофобию, – привычно ныла за завтраком Цли Польти.
– А это потому, Цли Польти, что ты – дура… и читаешь много, – пробурчал Утли Пушти, обильно поливая пышные оладьи канадским кленовым сиропом.

У него был выходной день.

Про кроху Пишес

НЕ СТАЛА ДОЖИДАТЬСЯ ПОКА Орион догрызет второй тапок, оделась, вышла на улицу в два часа ночи искать осень.

Осень не нашла, зато повстречала двухметровую цирцею в коротенькой юбчонке и ботфортах. «Сигаретки не найдется? – спросила меня двухметровая цирцея красивым глубоким басом. – Пишес, Пиииииишес, Пиииииииииииишес. Кроха Пишес опять пропала».

В кустах загрохотало, заухало, забулькало и на дорожку вышла кроха Пишес… полутораметровый дог с фонарем во лбу.

Бодрящее зрелище. Собакам тоже понравилось. Сегодня опять пойдем.

Umorismo macabro

НЕТ, ТЫ ТОЛЬКО ПОСЛУШАЙ, возмущалась Цли Польти, иду я намедни с работы, небо ликует надо мной лучезарное, на горизонте – точно александрит: насыщенное, яркое, с лазоревыми разводами перистых облаков. Чем ближе к солнцу, тем светлей становится, и так пока золото заката не сольется с лазурью небесных вод. Любуюсь: какая благодать – не небо, но купол базилики, не облака, но фрески. На сердце радостно, душа поет.

Домой забежала, воду с душистой пеной в ванну налила, свечи зажгла, бутылку шампанского откупорила, на меня такая нега снизошла и в этот безмятежный момент раздался звонок в дверь. Тиринь-тринь-тринь, тиринь-тириль-тириль, тринь-тринь. Поначалу я закрыла глаза, задержала дыхание, опустилась на дно ванны. Никого нет дома! Пойдите прочь… Нет!.. Надежды мои не оправдались, настойчив был мой гость: тиринь-тринь-тринь, тиринь-тириль-тириль, тринь-тринь.

У меня дилемма, Утли Пушти. Ну, объясни, прошу тебя, почему люди так любят ходить ко мне в гости? Я ведь никого не приглашаю, пирогами не заманиваю, сама тоже не хожу, надеюсь, что они поймут. Ан нет! Они идут, едут, плывут, летят, некоторые, подозреваю, даже владеют телепортацией или имеют машину времени. Одни, с детьми, с мужьями, с девушками, с парнями, с соседями, со случайным попутчиками, с тушканчиками и птеродактилями – войска незваных гостей. Утли Пушти, куда спрятаться?

Утли Пушти выслушал Цли Польти, собрался и ушел. Через час он вернулся из магазина художественных товаров, взял электроизоляционную ленту и приклеил в прихожей напротив входной двери репродукцию картины Гюстава Курбе «Происхождение мира».

Хэллоуин

УТЛИ ПУШТИ, СЕРОГЛАЗЫЙ ЗАЯЦ, скрипнул чердачной дверью и направился легкой походкой прямиком к сундуку, выражаясь при этом нецензурными словами и снимая с лица остатки липкой паутины. Ноябрь радовал лесных жителей солнцем. Погоды на дворе стояли изумительные.

Утли Пушти откинул крышку кованого сундука, подпрыгнул и провалился в его мистические недра по самые пятки. Из сундука во все стороны полетели обрывки бессвязной речи и совершенно необходимые предметы обихода:

– … альбом со свадебными фотографиями, кому он нужен… набор плеток и масок, возьму с собой… Энциклопедия преступлений и катастроф, перечитаю при первой возможности главу Преступления на почве сексуальных извращений120 дней Гоморры маркиза де Кота, прекрасные истории на ночь, стану отцом… веревки для шибари… менора, пригодится в следующем году для Хануки… пакет марихуаны… годовой абонемент в фитнес клуб… коллекция порнографических фильмов… любовные письма… ага, вот ты где!

Утли Пушти развернул потрепанную газету и достал плюшевый костюм, осторожно разгладил его руками, натянул u полюбовался своим отражением в грязном оконном стекле: «До чего же я хорош! Святые духи, до чего же я хорош! Что этой женщине надо? Что ей дома не сидится? Пузо выпирает – да, так ведь это признак благополучия. Макушка лысеет – да, так ведь это признак повышенного уровня тестостерона в крови, и никакой я не «козел плешивый», а бонвиван и жуир. Маленький – да, да, да. Будь я высоким, так при аккумуляции позитивных черт характера лес бы попросту не вынес подобной концентрации красоты. Если будет много привередничать, закручу роман с ехидной. Она толстых, лысых, маленьких любит. А в этом году наряжусь на Хэллоуин зайцем!» – одобрительно кивнул головой Утли Пушти, поправил розовые уши, подергал хвост и пошел на вечеринку в клуб любителей садомазохизма «Белоснежка и семь гномов», в котором он имел платиновое членство.

Дождь

ВСЮ НОЧЬ НАПРОЛЕТ ТАТЬЯНА работала. Переводила стихотворения танзанийской поэтессы Эмили Векунду с суахили на русский. На столе в рабочем кабинете – легкий беспорядок: пишущая машинка стоит на полу, потрепанная рукопись сборника „Сновидения одиночества“ лежит возле лампы под лиловым абажуром, два тома орфографического словаря суахили-английский теснятся на подоконнике возле букета из пионов, поставленного в стеклянную вазу, скрепки, перья, красные чернила, клочки светлой бумаги.

Пасмурный рассвет едва начал заниматься, задребезжал тусклым заревом над покрытыми снегом шапками гор, когда Мадлен вернулась с ярмарки, разбросала по углам красные туфли с золотой пряжкой, раскидала по всей зале обновки и, насупившись, уселась в кресло, – начала перелистывать книги в поисках иллюстраций, вздыхать и демонстративно охать.

– Ты не в духе? – Татьяна не cтерпела, отложила ручку в сторону и повернулась к кузине, чтобы выяснить причину ее неудовольствия.

– В духе, не в духе… – Мадлен заерзала. – Где Квадрупель? Не объявлялся? Все герцогство уже знает про наши вылазки… Идет молва, что привидения нынче по трое гастролируют, визгливым фальцетом арии голосят…

– Чем тебе Квадрупель не угодил?.. Он нас вечерами навещает, он днем никогда не приходит… Что случилось?

– Ничего не случилось. Пока еще ничего не случилось! Люди начинают догадываться, что творится… Вурдалаки ночами в глуши лесов воют, прохожих распугивают…

– Какие вурдалаки?

– Ну, какие вурдалаки бывают? Соображай быстрей! Ей-богу…

– Сухопутные? Я в вурдалаках не разбираюсь… – Татьяна захохотала.

– Остроумно! – разозлилась Мадлен, с шумом поднялась, поставила книгу на полку. – Какие вурдалаки?! А ведь я предупреждала, что он переберет и разбуянится. Сколько раз говорила!? Так нет! Кто меня послушает?! Котик хороший, котик тихий, котик пушистый… не обижай его… он не злоупотребляет… он нам светить будет, фонариком… Как бы не так! Он среди ночи – мало того, что возле усадьбы бургомистра капаем! – любимый романс затянул. Он, видите ли, томится желанием облагодетельствовать нас своим пленительным песнопением. Фофан лохматый!

– Не расстраивайся… Ничего страшного не произошло. Фридриха никто не знает, нас никто не видел. Посмотри, какая на дворе темень… – Татьяна нервно забарабанила пальцами по столешнице. – Впредь будем осторожней. А где сам виновник слухов, кстати? Где Фридрих? Я его с утра искала…

– Сгинул! – огрызнулась Мадлен. – Руппельфукс твой за ним приходил! Забрал с собой… будет чертовщину развлекать, оперетты ставить в тамошнем театре… У меня плохое настроение, непогода собирается… а я, как на зло, на пляж идти хотела… Новый купальник выбирала… Все планы насмарку!

– Дождь пройдет! К обеду ветер все тучи разгонит. Вот увидишь. Зачем напрасно злиться?..

Мадлен бросила в сторону Татьяны угрюмый взгляд:

– Устала я… пойду, пожалуй, спать. До обеда не буди. Мне должны позвонить… А впрочем… Не знаю, придумай что-нибудь. Какая разница?.. Все равно… – И она удалилась, громко хлопнув дверью.

В обед небеса и впрямь разразились ливнем.

Набежали кустистые, серые тучи, потемнело и ледяная стена заслонила поместье от всего мира, обрушившись водопадом на заждавшуюся живительной влаги землю. Крупные капли забарабанили по крыше, били по стеклам, стегали пыльную листву деревьев, омывали столетний камень стен и моста, будоражили зеркальную поверхность реки. На миг природа вокруг перестала существовать, отдав себя во власть воды.

А когда стихии наконец угомонились, мир засиял новыми, насыщенными красками.